Николай Карпицкий. Адепты «Харе Кришна» идут воевать за Украину: война изменила кришнаитов

Источник: PostPravda.info. 23.09.2024. 

URL: https://postpravda.info/ru/pravda/otchety/adepty-hare-krishna-idut-voevat/

Война стремительно меняет сознание людей. Эти изменения как через лупу видны в религиозных общинах, которые ранее дистанцировались от политической жизни и проповедовали пацифизм, а теперь поддерживают ВСУ. Если до войны российские и украинские единоверцы «Харе Кришна» не осознавали различий между собой, то теперь они будто на разных планетах живут. Утратив общий язык общения, они перестали понимать друг друга.

Движение «Харе Кришна»: пацифисты или воины?

Движение «Харе Кришна» проповедует принцип ненасилия – ахимсу. Его представители – вайшнавы, или как их еще называют, кришнаиты, – вегетарианцы, отказываются убивать не только людей, но и животных. Поэтому правительство Украины признало за ними, право на альтернативную гражданскую службу. Движение «Харе Кришна» зародилось в Бенгалии в XVI веке, а во второй половине XX века распространился по всему миру, в том числе и в Украине. Его самое большое объединение в Украине – «Общество сознания Кришны», но есть и другие, родственные ему. Все они происходят из одного корня и между ними нет противоречия.

Различаются они лишь «религиозным вкусом». Кришнаиты проповедуют любовь к единому Богу, которого называют Кришной, и практикуют повторение мантры «Харе Кришна». Все, что кришнаит делает в своей повседневной жизни, даже когда умывается или готовит еду, он делает это для Кришны, чтобы порадовать Бога. В такой жизни просто нет места насилию.

До войны трудно было представить, что эти мирные люди, танцующие в индийский одеяниях на улицах украинских городов, превратятся в воинов. Сколько их сейчас в ВСУ? Точно сказать сложно, так как у кришнаитов нет учета членов. Духовное руководство Украины говорит, что точно знает о 80-ти, а руководитель проекта «Духовная материя», адепт движения «Харе Кришна» и офицер ВСУ Михаил Ташков, сообщает, что установил 136 воина-кришнаита, а всего их может быть более двухсот.

Для относительно небольшой «пацифистской» религиозной общины это много, ведь до войны их всего в Украине было около 40 тыс., а сейчас, возможно, раза в два меньше. Михаил Ташков говорит, что уже известно 29 погибших военных кришнаитов, еще четверо пропало без вести и один в плену. Его проект «Духовная материя» направлен на поддержку богословского обоснования необходимости с оружием защищать свою страну, и с этой позиции он вместе со своими единомышленниками ведет жесткую полемику с руководством общины. Так что же побуждает представителей «пацифистской» религии добровольно идти воевать с агрессором? 

Последователи Харе Кришна, погибшие на войне в Украине. Фото: Фейсбук

Взгляд на войну в движении «Харе Кришна»

Движение «Харе Кришна» – это одно из течений индуизма. В соответствии с индуистскими представлениями миром управляет всеобщий нравственный закон – дхарма, который одновременно проявляется и как внутренний долг, причем у каждого человека свой согласно его внутренней природе. У духовных людей дхарма – познавать истину, отдаваться служению Богу, у воинов – защищать слабых, у земледельцев, торговцев – обеспечивать материальную жизнь.

В соответствии с этим в Индии сложилось представление о варнах. Это что-то вроде сословий. Варна жрецов – брахманы, варна воинов – кшатрии, варна земледельцев и купцов – вайшьи. В одних течениях индуизма считают, что варны определяются по рождению, однако в движении «Харе Кришна» считается, что варны – это показатель личностных качеств человека, которые не зависят, от того, в какой семье он родился. Благодаря такому пониманию к движению могут присоединяться люди разных национальностей со всех стран.

«Харе Кришна» – это брахманическое движение, ориентированное исключительно на духовную жизнь, цель которого в преданном служении Богу. Поэтому его адепты мало участвовали в общественной жизни, ведь такое участие – долг кшатрия, а не брахмана. Политические убеждения кришнаитов, как правило, те же, какие у них были до присоединения к движению, и в целом отражают настроения в обществе. Религиозные лидеры обычно занимают нейтральную позицию по политическим вопросам и стараются все политические споры вынести за пределы жизни общины. К войнам они относились как к неизбежному злу.

Согласно ведическим представлениям мы живем в эпоху войн, то есть в кали-югу, а спасение достигается только через преданное служение Богу. Однако когда 24 февраля 2022 года началось широкомасштабное вторжение России, украинским кришнаитам стало понятно, что это не просто одна из войн кали-юги на периферии их страны, это геноцидная война против всех украинцев, война на уничтожение. Сейчас в Украине никто не в безопасности, кришнаиты гибнут так же, как и другие украинцы. Оккупанты разрушили три кришнаитских храма. В Херсонской области пьяный российский солдат без всякой причины расстрелял кришнаитскую семью прямо в их доме. На данный момент известно о гибели пяти цивильных кришнаитов, но сколько их погибло всего – пока неизвестно.

Если раньше полная сосредоточенность на Боге и отрешенность от материальных проблем воспринималась как признак духовности, то в контексте геноцидной войны воспринимается противоположным образом – как моральный релятивизм. Ведь такая полная отрешенность, когда вокруг тебя гибнут люди, дети, демонстрирует равнодушие к страданиям и неготовность взять ответственность за то, что происходит вокруг тебя. А нужен ли Богу такой безответственный адепт?

Так в среде украинских кришнаитов возникло разделение между теми, кто считает, что нужно вести религиозную жизнь как прежде, и теми, кто считает, что нужно активно участвовать в защите своей страны. Острая полемика между ними сопровождается порой несправедливыми обвинениями друг друга. Однако и те, и другие против агрессии России, спор только в том, нужно ли бороться с этой агрессией, и в какой форме бороться. Со сторонниками откровенно пророссийской позиции украинские кришнаиты даже не вступают в дискуссию, поэтому раскол между украинскими и российскими кришнаитами уже невозможно преодолеть.

Отношения между украинскими и российскими кришнаитами

До войны украинские и российские кришнаиты не ощущали различий между собой и не обращали внимания, что в России установилась диктатура. Во всяком случае до 2011 года, когда российские власти предприняли неуклюжую попытку запретить «Общество сознания Кришны». С этой целью в сибирском городе Томске ФСБ инициировала суд, чтобы признать священную книгу кришнаитов экстремистской. В то время в Томске еще оставались остатки гражданского общества, которое поддержало кришнаитов, но решающую роль сыграла поддержка общественности и правительства Индии. Священную книгу удалось защитить.

Украинские кришнаиты морально поддерживали своих российских единоверцев, и для них стало шоком, что их духовные братья, которые сами едва не стали жертвами репрессий со стороны российской власти, подержали в 2014 году оккупацию Крыма и военное вторжение на востоке Украины. Сначала украинские кришнаиты старались достучаться до разума своих российских единоверцев, однако сейчас подобные попытки окончательно прекратились. Дело в том, что экзистенциальный опыт войны между ними настолько различен, что они просто не понимают друг друга даже в том случае, когда и те, и другие выступают за Украину и против войны.

Для украинских кришнаитов очевидно, что Россия ведет войну против всех украинцев на уничтожение, что это – особая война, которая отличается от любых других войн тем, что ведется не ради какой-то политической выгоды, а ради уничтожения Украины и украинской идентичности. Однако даже для тех российских кришнаитов, которые против войны и всей душой сочувствуют своим украинским единоверцам, это всего лишь одна из войн кали-юги, которую ведет не Россия, а российская власть якобы отдельно от России.

Этот разрыв в восприятии войны делает невозможным общение даже между теми, кто против политического режима в России. Большинство же российских кришнаитов стараются придерживаться позиции нейтралитета, который легко переходит в моральный релятивизм и уравнивание жертвы и агрессора. Наиболее распространенные суждения: «В конфликте все виноваты, и Россия, и Украина, и Запад»; «Вайшнавы не должны вовлекаться в политику»; «Воюют демоны с демонами, а вайшнавы должны оставаться нейтральными»; «Война – наказание за то, что люди едят мясо, виновны все, невиновных – нет».

Верующие Харе Кришна в Украине. Фото: Фейсбук

Наряду со сторонниками такой нейтральной позиции морального релятивизма в среде российских кришнаитов много таких, кто доверяет российской пропаганде. В войне они обвиняют либо Украину, в которой якобы притесняют русских, либо Запад, который якобы воюет против России руками Украины. Есть и такие, кто видит в этом мировой заговор «архитекторов», которые тайно управляют миром. Предоставления пророссийских кришнаитов о том, что творится в Украине, абсурдно и гротескно. Например, я знаю одного российского кришнаита, который утверждал, будто в Харькове ловят русских, а потом прибивают российские паспорта к разным частям их тела. При этом он категорически отказывается общаться со своими украинскими единоверцами.

Однако с началом широкомасштабной войны украинские кришнаиты столкнулись с еще одной проблемой. Дело в том, что в движении «Харе Кришна», как и в индуизме в целом, гуру, то есть собственный духовный учитель, имеет абсолютный авторитет. Считается, что через него действует сам Бог. Однако до войны в Украине своих учителей не было, и инициацию украинских кришнаитов проводили учителя из других стран, в том числе и из России, а именно, Бхакти Вигьяна Госвами (Вадим Тунеев) – духовный руководитель Общества сознания Кришны в России, а также Чайтанья Чандра Чаран дас (Александр Хакимов).

Вадим Тунеев ушел с руководящего поста российского объединения «Общества сознания Кришны», эмигрировал и морально поддерживает Украину и украинских единоверцев, а вот Александр Хакимов занял противоположную позицию. Мало того, что он распространял нарративы российской пропаганды, будто Украина 8 лет бомбила Донбасс, так он еще призвал российских кришнаитов подчиниться указу о мобилизации, заявив, что воевать – это долг, воля Кришны, и если вайшнав погибнет, воюя против Украины, то это будет славная смерть, которая очистит его от кармы. 

К сожалению, Александр Хакимов имеет множество учеников в Украине, многие из которых абсолютно не согласны с его позицией, но не могут отказаться от учителя, ибо это противоречит вероучению. Так украинские кришнаиты оказались перед богословским вызовом – как объяснить, что духовное лицо, учитель, через которого действует сам Бог, занимает демоническую позицию? Ситуация немного улучшилась, когда весной 2024 года духовный лидер Общества сознания Кришны в Украине и Молдове Ачьюта Прия (Артем Чумаченко) стал гуру (учителем) с правом давать инициацию, и одновременно было запрещено давать рекомендации на инициацию у российских учителей. Однако как быть с теми, кто уже принял инициацию у Александра Хакимова – вопрос открытый.

Преобладающие тенденции в среде кришнаитов

Точно оценить преобладающие тенденции в среде кришнаитов сложно, однако можно с уверенностью говорить о настроениях среди тех кришнаитов, которые присутствуют в Интернете. Научный сотрудник Института востоковедения НАН Украины Юлия Филь в апреле 2024 года провела опрос в Интернете, чтобы выявить, как повлияла война на отношения между украинскими и российскими кришнаитами. Более трети украинских кришнаитов вообще не хотят иметь никаких контактов с российскими единоверцами (36,7 %), и еще чуть менее трети готовы восстановить отношения только при условии, если их российские единоверцы возьмут ответственность за преступления России в Украине. То есть две трети кришнаитов занимают радикальную проукраинскую позицию и не готовы идти ни на какие компромиссы ради общения.

Представить такую принципиальность по политическим вопросам до войны было просто невозможно. Война сильно изменила кришнаитов. Лишь 13,3 % ответили, что необходимо восстанавливать общение с россиянами, оставляя в стороне политические вопросы. Если в начале войны украинские кришнаиты активно вели дискуссии в соцсетях, пытаясь переубедить своих российских единоверцев, то сейчас такое намерение высказывают лишь 5 %. Это отвечает общему настроению в украинском обществе в целом, где стремление переубеждать россиян стало маргинальным. Позиция, что ради общения нужно согласиться с позицией россиян отображается где-то в районе статистической погрешности – менее 2 %. 

Как показывает опрос российских кришнаитов г. Томска, настроения там иные. Чуть более половины (52 %) занимают позицию политической нейтральности и выступают за восстановление общения с украинскими единоверцами, не касаясь политических вопросов. Чуть более четверти (27 %) считают, что нужно идти на встречу украинским единоверцам, признавая их правоту. Остальные занимают пророссийскую позицию: чуть более десяти процентов (11,5 %) считают, что с украинскими единоверцами вообще не нужно общаться, и еще 10 % считают, что нужно пытаться их убеждать в правоте России.

Думаю, эти цифры отражают ситуацию общественного сознания в Томске в целом, который является университетским городом и культурным центром. В депрессивных городах России ситуация наверняка намного хуже, думаю, там беспросветно господствует российская пропаганда ненависти к Украине. Геноцидная война меняет всех, и уже очевидно, что ни движение «Хари Кришна», ни другие религии в Украине не останутся прежними. Споры и кризисы внутри религиозных общин отражают аналогичные споры и кризисы в украинском обществе в целом, и будущее Украины определиться в зависимости от того, как она преодолеет эти внутренние противоречия.

Николай Карпицкий. Визит Моди: Почему политика нейтральности Индии возмущает украинцев? Интервью с Юлией Филь

Источник: PostPravda.info. 29.08.2024. 

URL: https://postpravda.info/ru/pravda/otchety/neitralnosti-indii-vozmushhaet/

Реакция на визит Нарендры Моди 23 августа 2024 г. в Киев в украинском обществе очень противоречива, как противоречива сама позиция Индии в отношении войны России против Украины. Индия всегда призывала к миру и к диалогу, но так получилось, что 8 июля 2024 года, когда Моди обнимался с Путиным в Москве, Киев подвергся мощнейшей ракетной атаке. Одна из ракет попала в крупнейшую в Украине больницу для детей «Охматдет». После завершения визита Моди в Киев, Россия вновь атаковала всю Украину ракетами и «шахедами», и сейчас в Киев снова страдает от нехватки энергии. Об отношении украинцев к визиту Моди в Киев Николай Карпицкий разговаривает с индологом, научным сотрудником Института востоковедения Юлией Филь.

«Нейтралитет – это традиционная философия дипломатии и внешней политики Индии»

Только что был обстрел Киева, как вы его пережили?

Юлия Филь: Было несколько попаданий в нашем районе, я спускалась в паркинг под нашим домом. Мы ожидали, что обстрел начнется на День Независимости, когда Нарендра Моди уедет из Киева, но Путин решил выждать еще один день. Последний такой мощный обстрел был 6 августа, когда ракета попала в детскую больницу «Охматдет». В наш район тоже тогда прилетело. Не было света, поэтому сирены не выли, я пропустила оповещение о воздушной тревоге, а когда раздались взрывы, спускаться было уже поздно. Так что мне оставалось просто наблюдать, как за окном поднимаются столбы дыма от попаданий ракет. Потом пришло сообщение, что в это время Нарендра Моди обнимался с Путиным. В Украине все были крайне возмущены этим.

Возможно, Моди приехал в Украину потому, что понял, что Путин его запятнал, и с этим что-то надо делать?

Мне горько об этом говорить, но если бы не война, не «Охматдет», то неизвестно, приехал бы он. И все же, хотя Моди очень прагматичный политик, я думаю, что атака на детскую больницу действительно его тронула по-человечески. Он приехал в Киев, чтобы показать, что ему небезразлично, что происходит в Украине. Я верю, что Нарендра Моди как человек религиозный с человеческими ценностями хотел морально поддержать Украину. Он не раз повторял, в том числе и в Москве, как жаль, что умирают люди, а еще больше жаль, что умирают дети. Конечно, главная причина визита все равно остается политическая – не словом, а делом продемонстрировать свою политическую нейтральность.  Если он обнимался с российским лидером, значит, надо приехать в Украину и так же общаться с президентом Украины. Этим позиция Индии отличается от позиции Китая. Ведь китайский лидер не приехал в Украину после визита в Москву.

Ходят слухи, что Нарендра Моди привез Зеленскому послание от Путина.

Я не знаю, откуда эти слухи, что Моди работает почтальоном у Путина. Моди очень субъектный политик, а Индия – субъектная страна на мировой арене. Он сам решил приехать в Украину, и все, что он говорит, он говорит от себя, потому что сам так считает. Он не станет опускаться до того, чтобы говорить за кого-то другого. И я не верю, что Моди захотел взять на себя роль посредника между Путиным и Зеленским. 

Какое у вас осталось впечатление от встречи с Моди?

Я присутствовала при встрече с Нарендрой Моди в отеле «Хаятт». Там собралась диаспора, украинские индологи и все, кого пригласило посольство Индии в Украине. Я не симпатизирую Моди, и меня трудно заподозрить в симпатиях к правящей партии Индии. Поэтому я не ожидала от себя никакой эмоциональной реакции. Но когда вживую видишь человека-легенду, все же это новое, захватывающее ощущение. Его можно сравнить, как если б вдруг перед тобой предстает памятник всемирного наследия ЮНЕСКО, который ты видел сотни раз на фотографиях и книжных иллюстрациях. В такие моменты ты едва веришь, что это происходит с тобой на самом деле. В случае с Моди было нечто похожее. Как бы мы к нему ни относились, но очевидно одно – у него действительно есть харизма, и он – фигура мирового масштаба. В целом присутствующие приветствовали его очень эмоционально. Он к каждому подошел, пожал руку. Вы можете себе представить, чтобы, например, китайский лидер так себя вел? Я не могу.

Каково значение приезда Нарендры Моди в Украину?

Как бы кто к Моди не относился, но это первый визит премьер-министра Индии за все время независимости Украины. Конечно, он имеет огромное политическое значение – подписано четыре соглашения о сотрудничестве, но прежде всего – это историческое событие.

Однако многие в Украине негативно отнеслись к визиту Моди. Почему?

Я понимаю чувства украинцев, которые негативно относятся и к его визиту, и к нему самому, у меня самой возникают похожие чувства. Его позиция относительно войны России против Украины противоречива, и это дает повод обвинить его в моральном релятивизме. С одной стороны Индия позиционирует себя как мирная страна мирового масштаба, родина ахимсы, призывает к миру, к остановке войны. Моди много раз говорил Путину, что сейчас не эпоха войны, что вы делаете? С другой стороны, он призывает Украину к диалогу с Россией. С абстрактной позиции – это очень благородный, миролюбивый призыв. Но в контексте того, что происходит в Украине, это выглядит как издевательство. С кем нам вести диалог? С тем, кто ежедневно пытается нас убить? Если Путин отрицает украинскую идентичность и право украинцев на существование, то здесь нечего обсуждать. Если преступник пытается убить, то это не вопрос диалога между преступником и его жертвой. Я понимаю, что у Индии есть спорные территории с Китаем и Пакистаном, и эти вопросы надо обсуждать в диалоге. Но у нас нет спорных вопросов с Россией, она просто хочет уничтожить Украину, а мы боремся за выживание. Поэтому когда Моди предлагает такой диалог, это возмущает украинцев, и я сама возмущаюсь как украинка. Однако реальность такова, что Индия всегда занимает позицию нейтралитета.  Это традиционно индийская позиция, позиция индийской дипломатии, которая уже сложилась задолго до того, как Украина стала независимой. И мы должны принять этот факт.

Здесь я вижу противоречие. Ведь нейтралитет ведет к моральному релятивизму, уравнивает добро и зло, позицию агрессора и позицию жертвы. С другой стороны, Индия – страна, где религия, этика, духовная культура имеет огромное значение. Но ведь религия всегда требует выбирать между добром и злом, что исключает нейтралитет.

Дело в том, что в Индии религия никогда не претендовала на власть. У государственных деятелей и у духовных лидеров разный внутренний долг, который называют словом дхарма. Поэтому политики, с одной стороны, постоянно апеллируют к религии, с другой стороны, следуют своим правилам, что приводит к тому, что религиозная и политическая жизнь могут существовать параллельно. Это характерно и для политики Нарендры Моди. С одной стороны, он религиозный человек, с другой стороны – расчетливый, прагматичный политик.

В какой степени религиозные ценности влияют на позицию Моди? Может, его призыв к миру и диалогу с агрессором связан с пацифизмом, основанным на религиозном принципе ненасилия? Но если так, то апелляция к духовной индийской традиции никак не поможет нам.

Нарендра Моди представляет религию, которую мы называем индуизмом, более того, он представитель правящей партии Индии Бхаратия Джаната, которая пропагандирует ценности индуизма и проводит политику поддержки индуизма. Если основным религиозным принципом Индии является ахимса – принцип ненасилия, это не означает, что вся индийская нация будет пацифистской. Ахимсу следует рассматривать в паре с таким концептом, как дхарма – долг или предназначение, которое включает, в частности, и долг воина. Нам надо донести до Индии, что мы выполняем свою дхарму – обязанность по защите своей страны и своей идентичности, донести до Индии моральную позицию Украины. Конечно, религиозные ценности и политика не всегда совпадают, политика очень часто бывает прагматичной и циничной, и политика Индии – не исключение, но ценности влияют на политику, и мы должны вести диалог с Индией так, чтобы показать, что отношение к войне России против Украины – это вопрос не только политических интересов, а прежде всего ценностного выбора.

Как быть с тем, что Индия остается другом России?

Хотя Индия и остается другом России, важно понять, что она не враг Украине. Она не помогает нам защищаться, но она и не помогает нападать на нас. Моди назвал визит очень особенным, а Украину назвал ценным другом. Поэтому нам нужно вопреки всем нашим обидам искать способы донести до Индии нашу позицию. Объяснять Индии, что дипломатия диалога с Россией неуместна. И объяснять, апеллируя к индийской духовной традиции. Ссылаясь на шастры, на Бхагавадгиту, на Махабхарату. Нам надо изменить дипломатический язык, говорить об этих проблемах не только в политическом, но и в религиозно-этическом контексте, апеллировать к индийской духовности, которой они сами очень гордятся.

После двух с половиной лет войны мы должны понять, в чем наши ошибки. «Russia Today» транслирует каждый день на хинди, а мы вообще не присутствуем в индийском медийном пространстве. Польский культурный центр в Дели в начале полномасштабного вторжения показывал у себя фильмы об Украине, нам же негде было их показывать. За годы независимости мы так ничего и не сделали, чтобы Индия знала нас. Когда мы как индологи, как медиаторы между индийским и украинским обществом пытаемся наладить коммуникацию между индийскими аналитическими центрами и украинскими университетами, нам говорят: «Ой, не время! Какая там Индия!» Пятая экономика мира, первая по темпам развития, а у нас до сих пор в голове, что это какая-то отсталая страна третьего мира.

Вы говорите, что Индия не помогает на нас нападать, но ведь она покупает российскую нефть, деньги от которой идут на войну.

Индия покупает российскую нефть за рупии, и эти рупии остаются в Индии. Министр иностранных дел России Лавров как минимум четыре раза ездил в Индию, пытался договориться о том, чтобы как-то эти деньги вывести из Индии. Но не смог. Получается, что Путин имеет депозит в Индии и может только надеяться, что когда-нибудь заберет эти деньги, но пока он может инвестировать их только в индийские проекты.

Как я понял, в Украине больше всего вызывает возмущение именно эта позиция нейтралитета Индии. Но ведь Индия всегда занимала такую позицию?

Нейтралитет – это традиционная философия индийской дипломатии и внешней политики. После обретения независимости Индия заявила о себе как о сильной субъектной стране, не вступающей ни в какие блоки и свободной от любых внешних влияний. Нарендра Моди продолжает курс нейтралитета и неприсоединения, который определил еще Джавахарлал Неру. Это реальность, которую мы должны принять. Однако с самого начала Индия имела тесные связи с Советским Союзом, которые унаследовала Россия. Прежде всего, это сотрудничество в области вооружений. Сейчас Моди пытается искать альтернативные варианты, чтобы не зависеть в этой области от России. Например, перед приездом в Украину, он посетил Польшу, где договорился, что именно поляки займутся модернизацией танков советского образца. Однако Индия – очень большая страна, и она не будет в один миг отказываться от стратегического партнерства с Россией только потому, что страдает Украина. Мы имеем право возмущаться позицией Индии, однако в дипломатии действуют другие законы. Там нет места эмоциям. Я скажу очень непопулярную вещь, мы сейчас обвиняем Индию в нейтралитете по отношению к войне, к несправедливости, а как Украина реагировала на войну в Грузии?  На Чеченские войны? Мы тоже не без греха.

Николай Карпицкий. Украина отбивает третью волну российского вторжения

Источник: PostPravda.info. 22.08.2024. URL: https://postpravda.info/uk/pravda/svoboda-slova/ukra%d1%97na-vidbiva%d1%94-tretyu-hvilyu-rosijskogo-vtorgnennya/

Почему так тяжело на фронте? Короткий ответ – потому что Украину накрывает третья волна вражеского нашествия, и она самая мощная. Армия вторжения февраля 2022 года была только первой волной. Я думал, что если ее отразить, то война закончиться. Поэтому у меня были ожидания скорого окончания войны. И эти ожидания начали реально воплощаться в Харьковском прорыве. Но я ошибся. Нахлынула вторая волна – армия мобилизованных осенью 2022 года. Однако и с ней можно было справиться. Ведь люди, которых насильно вырвали из мирной жизни, воевали плохо, хотя их было много. Украинская армия освободила Херсон, и оставалось сделать еще один рывок в сторону Крыма, чтобы запереть там российскую армию как в ловушке и тем самым получить стратегическое преимущество. Это было реально, однако из-за задержек западной помощи время было упущено. Украинское наступление остановилось в силу комплекса причин, и ошибок украинского руководства, и недостаточной западной военной помощи, но главным образом потому, что уже поднималась встречная третья волна.

Переход России к наемной армии

Главная ошибка всех, кто прогнозировал ход войны в 2023 году в том, что вовремя не заметили реформу российской армии. Теперь против Украины воюет наемная армия. Туда идут люди, которые осознанно за большие деньги решили убивать украинцев. В основном это люди из депрессивных люмпенизированных районов, которые не привыкли ценить жизнь, ни свою, ни чужую. Поэтому, в отличие от призванных на срочную службу и принудительно мобилизованных, у них подавлен инстинкт самосохранения, и этим успешно пользуется российское командование, безжалостно расходуя их в самоубийственных штурмах. Более того, гибель на войне таких добровольцев в России никого не волнует, а потому никакие потери на фронте не могут вызвать социальную напряженность. Скорее напротив, они ослабят социальную нагрузку на государство. Кроме того, выплаты контрактникам, а также компенсации за их гибель привели к такому притоку денег в депрессивные города, который там ранее никогда не видели, что привело к росту поддержки войны. Так начала формироваться новая социальная база путинского некроимперского режима с опорой на охлос и военщину.

Хотя потери российской армии при наступлении на Донбассе огромны, в результате жестокого естественного отбора выжившие учатся воевать. Российская армия адаптируется, осваивает новые технологии, а использование управляемых авиабомб дало ей огромное преимущество над украинской армией. Многие аналитики видят слабость российской армии в том, что она несет большие потери, чем украинская. Однако они не учитывают, что цена жизни российских солдат меньше, чем украинских, и такой процент их гибели изначально закладывается при планировании операций. Как бы это цинично ни звучало, но возможность жертвовать большим количеством солдат в сугубо военном смысле не слабость, а сила российской армии. Насколько еще хватит мобилизационного резерва таких добровольцев – неизвестно, а значит непонятно, когда начнет ослабевать третья волна. На данный момент у Украины недостаточно людских резервов, а у Запада – оружия для наземного боя, чтобы остановить третью волну.

Россия побеждает в позиционной войне, а Украина – в маневренной

Россия навязала позиционную войну на Донбассе, которую Украина в принципе не может выиграть. В таком противостоянии побеждает та сторона, у которой больше ресурсов. Поэтому поиск новой военной стратегии – это вопрос выживания. Россия сильна в позиционной войне, а Украина – в маневренной. Поэтому ВСУ прорвали фронт там, где они могут вести маневренную войну, то есть в Курской области. Однако и этого недостаточно. История показывает, что единственная стратегия победы Украины – это партизанская война на территории России. Курская военная операция показала, что это возможно, так как в маневренной тактике ВСУ апробировали элементы партизанской войны на чужой территории. 

Даже если Украина выстоит и освободить все свои территории, это будет означать, что война закончилась в ничью. Это все равно что если б в результате Второй мировой войны освободили бы только оккупированные Германией территории и остановились бы у ее границ, заключив мир с Гитлером. Очевидно, что у Украины никогда не будет столько ресурсов, чтобы наступать на Москву. Однако в будущем при определенных обстоятельствах у нее может хватить ресурсов, чтобы вести широкомасштабную партизанскую войну, которая парализует Россию. Думаю, это вполне работоспособная стратегия военной победы Украины. Для этого потребуется развитие новых дроновых технологий, средств коммуникации и политическая воля. Однако сначала надо остановить третью волну нашествия. Так что широкомасштабная партизанская война – это дело будущего, однако опыт, полученный в Курской операции, для нее бесценен.

Сейчас не существует границы между Россией и Украиной, есть только линия фронта, и вся территория России является территорией войны, на которой любой, кто помогает военным, является законной военной целью. Поэтому для военных не имеет никакого значения, где проходит граница России. Курская операция является составной частью оборонительной операции на Донбассе. Она проходит на территории России, ибо того требует военная целесообразность, однако продвижение вглубь России, еще не означает, что это наступление на саму Россию. Тут все зависит от того, какая ставится задача. Когда действительно начнется наступление на Россию, выглядеть оно будет иначе. На данный момент задача Украины в другом – выиграть оборонительное сражение на Донбассе. Решающая битва сейчас под Покровском. Ближайшая задача Москвы: взять Покровск, после чего открывается возможность наступать в трех направлениях, каждое из которых открывает возможность стратегического прорыва, после чего можно не торопясь забрать утраченные территории в Курской области. Поэтому российское командование не перебрасывает войска с покровского направления под Курск, ибо стратегически Покровск важнее Курской области. Ближайшая задача Киева: максимально оттянуть российские силы с донбасского фронта и удержать Покровск. Если в результате неудачного наступления российская армия истощит свои ресурсы, то в будущем также не сможет остановить продвижение ВСУ вглубь Курской области или новые прорывы в других областях. Тогда Украина сможет диктовать свои условия.

Ситуация на фронте может развернуться в любую сторону

На данный момент ситуация критическая для Украины, но она может измениться на противоположную. Если у России истощится мобилизационный резерв, если Украина найдет защиту от управляемых авиабомб, если увеличение качества и количества дронов компенсирует нехватку людей в ВСУ, если западные страны разгонят производство снарядов… Слишком много «если», чтобы можно было что-то с уверенностью говорить. Единственно, что сейчас может делать Украина – это втягивать Россию в маневренную войну на ее же территории. Российское командование это понимает и делает все, чтобы и там навязать позиционную войну. Пока что украинское командование проводит операцию в Курской области крайне осторожно. После стремительного наступления первых двух дней, оно оказалось перед выбором: рискнуть всем, ввести все резервы в бой и взять Курск, либо укреплять свои позиции вдоль границы. Первый вариант мог привести как к сокрушительной победе Украины, так и к такому же сокрушительному поражению. Украинское руководство выбрало более безопасный второй вариант, и сейчас успешно зачищает приграничные районы Курской области. Этого оказалось недостаточно, чтобы вынудить россиян перебрасывать войска с Донбасса и ослабить давление на Покровск, однако не исключено, что у украинского руководства приготовлены новые сюрпризы.

Николай Карпицкий. Можно ли договориться о мире, если причина войны иррациональная?

Источник: PostPravda.info. 23.07.2024. URL: https://postpravda.info/ru/pravda/wolnosc/mozhno-li-dogovoritsya-o-mire-esli-prichina-vojny-irraczionalnaya/

После распада Советского Союза спецслужбы стали готовиться к захвату власти и восстановлению империи. Первый шаг на этому пути – первая Чеченская война 1994-1996 гг., которую Россия проиграла. Это была классическая колониальная война, которая сопровождалась ужасными военными преступлениями. Однако целью войны было усиление России, а военные преступления – сопутствующий эффект. Когда в 1999 году Владимир Путин развязал вторую Чеченскую войну, военные преступления превратились в самоцель. Если тотальную бомбежку городов еще можно объяснить сопутствующим эффектом, поскольку иначе российская армия воевать не умеет, то бомбежку колон беженцев, которую не выпускали из зоны боевых действий на территорию России – уже невозможно. Это преступление имеет уже иррациональную мотивацию, точнее, как я уже тогда заподозрил, некрофилическую. 

Колониальные войны современной России

Настроение российского общества также тогда начало меняться. Если первую Чеченскую войну оно не поддерживало, то после терактов, когда осенью 1999 года в России взорвали четыре жилых дома, в целом поддержало вторую Чеченскую войну и ее главного инициатора – Владимира Путина. Эту поддержку не смогло поколебать то, что ФСБ с поличным попалось при попытке подорвать пятый дом в Рязани, хотя о провале операции открыто сообщили даже российские СМИ, и на этой волне Владимир Путин стал президентом. Впоследствии в любых кризисных ситуациях он всегда выбирал такой вариант, который приводил к максимальным жертвам. Например, когда террористы захватили театр, их отравили газом вместе с заложниками; когда захватили два пассажирских самолета, их сбили вместе с пассажирами; когда взяли в заложники детей в Беслане, из артиллерии расстреляли школу вместе с детьми. То есть смерть стала пониматься как универсальный способ решения всех проблем, а это уже некрофилическая установка, которая объясняет иррациональную жестокость, с которой Россия ведет войну против Украины сейчас.

В 2014 году протесты в Киеве привели к досрочным демократическим выборам нового президента Украины. Российская власть объявила это государственным переворотом и использовала как предлог оккупации Крыма и военного вторжения на востоке Украины. Так, в феврале 2014 началась первая Российско-украинская война, которая продолжалась до 24 февраля 2022 года. Несмотря на ужасные военные преступления, порой иррациональные, у нее была вполне рациональная имперская цель – подчинить Украину. Поэтому она носила классический колониальный характер, и на этом пути Путин добился крупного успеха – принудил украинскую сторону подписать Минские соглашения, которые предусматривали проведение выборов в условиях военного присутствия России и легализацию террористических структур марионеточных режимов в правовом поле Украины. После реализации такого «мирного плана» подконтрольные России боевики получали официальный статус в Украине и могли бы терроризировать население на всей ее территории, и через них Путин смог бы контролировать Украину изнутри. К счастью, эти соглашения не были ратифицированы парламентом Украины, однако на международном уровне стали оправданием отказа в военной помощи. Западные политики не понимали, зачем Украине поставлять оружие, если она уже подписала мирные соглашения, и принуждали Украину к их выполнению, что означало капитуляцию Украины.

Если бы Владимир Путин ставил рациональную империалистическую цель, то продолжал бы развивать успех, усиливая военно-политическое давление, которое истощало Украину. Поэтому перед широкомасштабным вторжением, я думал, что Путин начнет локальное вторжение на Донбассе, а Западу объявит, что это конфликт Украины с самопровозглашенными республиками, который можно закончить только выполнением Минских соглашений. В этом случае западные страны воздержались бы от поставок оружия, запасы Украины быстро бы истощились, и она оказалась бы безоружной. Однако Путин по иррациональной причине выбрал другой путь.

Некроимпериалистическая война

24 февраля 2022 года Путин начал широкомасштабное вторжение, что ознаменовало начало второй Российско-украинской войны на уничтожение, которая уже не имела рациональной цели. Тем утром я смотрел из окна как звуки сирены заполнили все пространство киевского пейзажа и еще цеплялся за призрачную надежду, что враг будет преследовать рациональную цель без бессмысленных бомбежек мирных жителей. Пока разум цеплялся за соломинку, чувства говорили, что наступил маленький Апокалипсис, многие мои близкие и просто знакомые уже приговорены к смерти и погибнут в ближайшие месяцы или годы. Реальность оказалась страшнее любых фантазий. Оккупанты развязали чудовищный террор против мирного населения.

Первые дни вторжения – туман войны. Надежда на то, что потери заставят врага отступить, ведь если военные действия не ведут к завоеванию, то в даже в рациональной логике империалиста целесообразным было бы отступить, накопить силы для нового нападения или же использовать политические методы.

Март 2022 года. Наступление врага на Киев захлебнулось, стало понятно, что Украина выстоит. Россияне отступают из центральной Украины, и появляется надежда, что они поймут бессмысленность продолжения войны.

Апрель – август 2022 года. Надежда не оправдалась. Враг наступает на Донбассе, использует тактику огненного вала. Украина растратила боеприпасы, а военная помощь Запада задерживается. Украинская пехота каким-то чудом сдерживает наступление врага. В самый критический момент приходят хаймарсы и линия фронта стабилизируется. 

Сентябрь-ноябрь 2022 года. Путин объявляет о присоединении четырех украинских областей к России. Это – угроза применения ядерного оружия. Шантаж не удался. Украинская армия освобождает Купянск, Изюм, Лиман, Херсон. 

Декабрь 2022 – Май 2023 года. Неожиданно прекращаются поставки оружия, и враг снова наступает, захватывает Бахмут, бьет по энергетической инфраструктуре. Постоянно отключают свет. После долгого перерыва возобновляются поставки западного вооружения, и вместе с ними появляется надежда.

Июнь-сентябрь 2023 года. Украинское наступление медленно прогрызает российскую оборону. Это последний шанс избежать бесконечной войны. Западные страны не смогли выполнить все обещания по поставкам орудия. Российский режим пережил мятеж. Российская армия наносит контрудары и закупоривает прорывы в обороне.

Сейчас. Россия успела адаптироваться к бесконечной войне на истощение и упорно наступает, игнорируя потери, которые остановили бы любую другую армию. Захватывает Авдеевку, создает угрозу Часов Яру, разворачивает отвлекающее наступление в Харьковской области. Но главное направление удара – Покровск. К лету, после долго перерыва, возобновляются поставки военной помощи, и ситуация на фронте медленно начинает выравниваться. Впереди – неизвестность. Политическая ситуация на мировой арене не внушает надежды. 

Когда я пишу эти слова, Киев сотрясают взрывы. Из окна видно, как над жилыми кварталами поднимаются три столба дыма. Приходят фотографии попадания в детскую онкологическую больницу. К сожалению, такое будет продолжаться и дальше, конца этому не видно.

Мутация российского имперского сознания

Архаичный российский империализм основывался на идее собирания земель, согласно которой жизнь народов обретала смысл и ценность только тогда, когда включалась в состав России. Самостоятельная жизнь людей за пределами России обесценивалась, однако еще не воспринималась как зло. Первая мутация имперского сознания сопровождала становление большевицкой диктатуры. Большевики считали, что зло присуще социальной природе человека, и потому мир обречен на классовую борьбу. Чтобы очистить мир от зла необходима мировая революция. Цель архаического империализма в процветании империи; цель тоталитарного империализма – власть сама по себе, которая на основе тоталитарной идеологии оправдывается необходимостью очистить враждебный мир от зла. Диктатура Путина сопровождалась второй мутацией имперского сознания, связанной со страхом перед сложностью мира. Западная цивилизация пугает своей сложностью, империалисты нового типа считают, что ей по сущности присуще зло, в то время как отсталые примитивные диктатуры воспринимаются как союзники России в противостоянии мировому злу. В связи с этим в обществе распространяется некрофилическое настроение, в котором разрушение и смерть желанны, так как упрощают окружающий мир. Решение продолжать войну на уничтожение, в которой невозможно победить, было принято под влиянием такого некрофилического настроения, сопровождавшего мутацию российского тоталитарного империализма в новую форму – некроимпериализм. 

Если общественность и политические элиты демократических стран считают, будто Россия преследует какую-то рациональною цель в войне на основе собственной выгоды, то опасно заблуждаются. Они думают, что Путину нужно что-то конкретное, ресурсы, деньги, влияние… Если цель рациональная, значит с России можно договориться, найти компромисс. Однако если враг убивает без какой-либо рациональной цели, то вы ничего не сможете ему предложить, чтобы он остановился. Надеясь договориться с Путиным, западные лидеры не понимали, что они сами в его картине мира являются воплощением зла, а переговоры для него – всего лишь военная хитрость, чтобы дальше вести войну. Поэтому война будет продолжаться до тех пор, пока в России сохраняется нынешний режим. Возможны временные периоды перемирия, но в любом случае война будет разрастаться и втягивать новые страны. Украина может лишь сдерживать натиск агрессора, защищая тем самым европейские страны. 

В картине мира российского некроимпериализма в отношении врага отменяются любые нравственные ограничения и оправданы любые преступления. Любой добрый поступок считается злом, если он касается врага, и поэтому система ценностей переворачивается: зло понимается как добро, а добро как зло. В массовом сознании некроимпериализм проявляется в подавлении способности к эмпатии, отрицании за другими права на существование и отношении к смерти как средству, благодаря которому мир становится проще и понятнее.

Если даже аморальный человек или злодей действует эгоистически ради выгодны, с ним можно найти какой-то компромисс. Именно так западные лидеры думали в отношении Путина, когда покупали у него нефть и газ и способствовали росту его политического влияния. Они ошибочно полагали, что если ему выгоднее быть цивилизованным, то он и будет вести себя как цивилизованный. По этой причине они оказались не готовы к войне, потому что думали, что она не выгодна России, а значит, и не наступит. Однако российская власть исходит не из собственной эгоистической выгоды, а из некрофилической картины мира. Поэтому Россия напала на Украину, хотя ей это не выгодно, и нападет на другую европейскую страну, как только представится возможность, хотя это тоже не будет выгодно, и договориться с ней невозможно. Россию можно остановить только силой. Либо демократические страны в коалиции с Украиной победят Россию и принудят деконструировать империю, либо война будет продолжаться бесконечно. Но это станет возможно только тогда, когда не только в Украине, но и в других цивилизованных странах политики и общественность осознают иррациональную предпосылку Российско-украинской войны.

Андрей Кузичкин. Борьба за «традиционные ценности» превратила россиян в зомби

Источник: Postimees.ee 02.07.2024

URL: https://rus.postimees.ee/8051439/andrey-kuzichkin-borba-za-tradicionnye-cennosti-prevratila-rossiyan-v-zombi

Война страшна тем, что приносит смерть. Ужасно, когда погибают люди. Но часто война губит души, и это еще страшнее. Страшнее, потому что погибшие уходят в небытие. А люди с искалеченным сознанием продолжают жить и представлять угрозу для других и для самих себя. Так случилось в гитлеровской Германии. Это же произошло и в путинской России: Путину удалось превратить россиян в нацию-зомби, заразив их вирусом тоталитаризма.

Конечно, подобные вирусы, включающие штаммы человеконенавистничества, мракобесия и шовинизма, дремлют в социальных паттернах и в мирное время. Но катастрофы, социальные потрясения и военные конфликты выпускают их на волю. Россия не стала исключением.

Запрос на «сильную руку»

Благоприятная для вирусов среда сформировалась в российском обществе постепенно. После распада СССР в 1991 году в России начались мощные процессы национальной самоидентификации на платформе свободы, примата частной собственности и права. Однако экономический кризис, падение уровня жизни, разгул преступности и вороватость ельцинских элит стали причинами разочарования граждан России в реформах и демократии. Возник запрос на «сильную руку».

Его удовлетворил Путин, который начал войну с олигархами, террористами, политической оппозицией и провозгласил «особый путь России». Одновременно российские медиа, перешедшие под контроль Кремля, начали травить россиян токсинами ненависти к либеральным ценностям Запада. А в 2014 году после аннексии Крыма российское общество получило прививку в виде мощной дозы имперского величия.

Яд шовинизма отключил инстинкты самосохранения и пробудил желание новых побед. Война с Украиной стала неизбежной. И когда через восемь лет Путин вторгся в Украину, российское общество, отравленное ядом телепропаганды, перешло в состояние живых мертвецов, управляемых волей создателя.

Как зомби-поведение можно оценить тотальную поддержку гражданами России «специальной военной операции» против Украины и готовность умирать за дворцы Путина и яхты Роттенбергов. Но путинскому режиму этого мало. Он хочет управлять личной жизнью граждан России. Поэтому режим много внимания уделяет внутренней повестке российской жизни. Кремль поощряет инициативы и принимает законы, которые выдавливают свободу и возможность альтернатив изо всех пор российского общества и окончательно парализуют волю россиян.

Возвращение в прошлое называют движением в будущее

Мобилизация общества на борьбу с Украиной для Кремля важна. Но сегодня главный пункт внутренней политики России - борьба за реставрацию института брака в традициях старой Руси. Это связано с сокращением населения России. А без дополнительного человеческого ресурса путинский режим обречен на экономическую стагнацию и военное поражение.

Возвращение к патриархальному прошлому объявлено стратегией движения в будущее. По сути, это диагноз шизоидного расстройства государства российского. Однако многие гражданские активисты с энтузиазмом принимают участие в этой игре. Мотивация разная: быть, как все; выделиться из массы; выслужиться перед начальством; получить возможность свой личный бред возвести в ранг государственной политики.

Я помню скандал, случившийся десять лет назад в Томске, когда глава миссионерского отдела православной церкви Максим Степаненко предложил называть матерей-одиночек «бл...ми». По мнению «миссионера», дети, рожденные вне брака, это свидетельство распутного образа жизни женщины. Томская общественность была возмущена и Максима Степаненко понизили в должности. А сегодня он продолжает служение в церкви.

Тогда же один томский депутат заявил, что помадой красят губы только французские проститутки, а настоящие русские женщины должны использовать натуральные красители, например, свеклу. Депутата высмеяли в медиа и социальных сетях. Но сегодня эти люди определяют идеологию семейных отношений в России. И их инициативы совсем не безобидны.

Борьба за рост народонаселения

Так, в Государственной думе России развернулась борьба вокруг Закона о домашнем насилии. В России семь лет назад первичный случай домашнего насилия был декриминализирован. То есть можно избить жену или мужа до полусмерти и отделаться штрафом, если побои случились в первый раз. Теперь депутаты из фракции «Новые люди» хотят ужесточить некоторые нормы закона, потому что за годы его применения было много случаев гибели партнеров в результате домашнего насилия.

Этому сопротивляются депутаты от «Единой России», которые называют сам закон антизападным и призывают всех, кто выступает в его поддержку, причислить к иноагентам и сторонникам Навального. Министерство юстиции России, в свою очередь, готовит закон о запрете идеологии childfree, посчитав популяризацию жизни без детей экстремизмом. Русские женщины, по версии борцов за рост народонаселения, должны рожать как можно чаще, желательно - побольше мальчиков, чтобы пополнять состав российской армии.

Поэтому депутаты из российских регионов предлагают запретить аборты и контрацептивы или выпускать презервативы с дырочками. Есть предложение установить возраст запрета на аборты женщинам от 16 до 60 лет. По мнению инициаторов запрета, если сумела пенсионерка забеременеть, значит, должна рожать. А вот философ Александр Дугин предлагает расселить города и вернуть людей в деревни, где от скуки муж и жена будут чаще заниматься любовью и ежегодно рожать детей.

Бородатый муж, ядреная телом жена и ватага детей - мал-мала меньше. Вот идеал Дугина, который полостью совпадает с идеалом немецкой семьи Гитлера. Правда, в представлении главного нациста Германии муж был без бороды.

В борьбу за крепкую семью включилось Министерство финансов России, подготовившее предложение о повышении пошлины за документы о расторжение брака с 650 до 5000 рублей (с 6 до 50 евро). Также обсуждается вопрос о восстановлении отмененного в 1992 года налога на бездетность.

Среди экзотических предложений об укреплении российской семьи - запрет службы доставки еды на дом, чтобы жена самостоятельно готовила обеды и ужины и своим кулинарным искусством привязывала к себе мужа прочными узами. И, конечно, посещение по воскресеньям церкви, как главной цитадели нравственности и культуры становится обязательным.

Один из священнослужителей в окружении патриарха РПЦ уже изрек: «Православная культура - значит больше, чем русская культура». Выражение «Дети, кухня и церковь» становится ведущей идеологемой российской демографической политики.

Стандарт женской красоты

В Госдуме России также озаботились стандартами женской красоты и призвали регламентировать увеличение губ для женщин. В пояснительной записке к одному из законопроектов сказано: «Необходим четкий регламент, какой объем губ должен быть, какая величина, какой процент увеличения допустим, а девушек с нестандартными губами надо отправлять на принудительное лечение».

Понятно, что борьба за рост народонаселения сопровождается обещанием Путина материальной поддержки семей с детьми. И, конечно, при этом российская пропаганда живописует ужасы деградации семейно-брачных отношений в Европе. Поэтому главным врагом российской семьи объявлено ЛГБТ-сообщество, которое снижает демографические показатели. А смена пола фактически приравнена к экстремизму. И уже известны случаи, когда трансгендерные люди в России вынуждены были вновь сменить пол, оказавшись жертвами общественной травли.

И у российских чекистов появилось новое развлечение: они шантажируют геев и отправляют их на «перевоспитание» на войну в Украину, чтобы они там или погибли, или превратились в «настоящих мужчин». И никаких общественных протестов нет, только глухое ворчание и недовольство. Получив неограниченную власть от народа, Путин сломал хребет России и поставил россиян на колени.

И я совершенно не удивлюсь, что женщины в России скоро будут рожать не по той причине, что хотят ребенка, а потому что так надо: так сказал Путин. И в этом заключается великая трагедия российской нации: война рано или поздно закончится, а зомби окажутся на свободе. И нет вакцины, чтобы быстро вернуть их к жизни. Одна надежда: время лечит и выводит яд из организма. Хотя выживут не все…

Николай Карпицкий. Деконструкция мессианской идеи – демифологизация России

Хроническая позиционная война совсем иная, чем та, что была в прошлом году. Она может продолжаться неопределенно долго и требует иного уровня мобилизации. Самое тяжелое, когда не знаешь, что можешь сделать и чувствуешь, что от тебя ничего не зависит. Все начинают переносить ненависть друг на друга. Поэтому нужен глобальный проект победы для всего мира, внутри которого каждая страна будет решать свою задачу. Тогда каждый сможет найти в нем свое место, что позволит преодолеть чувство бессилия и перейти в активную позицию. У россиян сейчас нет возможности открыто высказываться или выходить на протесты, однако в контексте такого глобального проекта победы сейчас от них нужно совсем другое, что могут сделать только они – провести работу по демифилогизации России и деконструкции мессианской идеи собирания земель. Ведь именно ради этой идеи сейчас убивают, как еще совсем недавно массово убивали ради идеи коммунизма. Советский Союз обладал самой большой в мире военной мощью, однако рухнул, когда все люди перестали понимать смысл его существования. Также будет и сейчас. Поэтому глобальный проект победы нуждается в участии россиян для решения проблемы демифологизации России. Ведь для этого не обязательно выходить на протесты, достаточно показывать окружающим бессмысленность мессианской идеи России, как в свое время даже в условиях тоталитарного режима нам удалось убедить людей в бессмысленности идеи коммунизма.

В основе мессианской идеи России собирания земель лежат две установки, которые формируют соответствующие стереотипы поведения – это жестокость и страх. Стереотип жестокости обеспечивал мобилизацию для военной экспансии. Чтобы собственное население покорно шло убивать и умирать, нужно было чтобы война не выглядела столь ужасной на фоне угнетения и нищеты. Но как убедить угнетаемых людей, что нужно угнетать соседние народы, а не бороться против своей власти? Для этого нужно заставить их бояться друг друга больше, чем центральную власть.

Социальный стереотип страха воспроизводится в поведении всех слоев населения в России. Социальный статус определяется через выяснение кто кого боится. В России люди верят, что если им дать свободу, то начнется анархия и они перебьют друг друга. Поэтому они поддерживают жестокость власти, которая якобы защищает их от них самих. Первопричина поддержки захватнических войн в животном страхе, что пьяный сосед вломится в твою квартиру, а полиция приедет на помощь не раньше чем через три часа. Поэтому все хотят, чтобы власть была еще жестче. Российская власть намеренно провоцирует в обществе высокий уровень преступности, который заставляет людей еще сильнее поддерживать власть, какой бы произвол она ни творила. Стереотип страха заставляет людей верить, что кругом враги, которые со всех сторон осаждают Россию. Поэтому даже те, кто вначале не поддерживал войну против Украины, сейчас боятся ее прекращения, опасаясь, что это ослабит власть и приведет к хаосу. Этот страх лежит в основе веры, что миссия России в том, чтобы распространять эту власть как можно дальше, а все, кто противится этому расширению – враги, которые хотят уничтожить Россию. И ради выполнения этой миссии признают допустимыми любые жертвы вплоть до уничтожения целых народов.

В этой картине мира мессианская идея России приобретает сверхценный характер, однако с позиции жизни конкретной личности она бессмысленна и даже абсурдна. Какой смысл для сибиряка в том, что центральная власть в Москве забирает из Сибири все доходы, а потом вновь распределяет их так, чтобы не давать нормально жить, да еще заставляет убивать украинцев! Ради расширения территории? На которой теперь царит бедность, бесправие и моральная деградация. Ради русской культуры? Которая существует не благодаря, а вопреки государству. Ради православия, которое государство выхолащивало из церкви путем жесткого контроля? Стоило ли это уничтожения новгородского народа, с чего началась экспансия, уничтожения других народов в ходе дальнейших завоеваний? Деконструкция мессианской идеи означает выявление противоречия между ее сверхценным характером в ложной картине мира и ее абсурдностью с позиции жизни конкретного человека.

Конечно каждая культура формирует картину мира, в основе которой лежит своя идея. Она может для нас быть чужой, однако это ее истинность подтверждается культурной традицией и опытом жизни простого человека. Российская мессианская идея, напротив, противоречит опыту жизни простого человека и подавляет развитие культуры. Если основную идею китайской, индийской, мусульманской или какой-либо другой культуры можно усвоить в своем экзистенциальном опыте, то мессианскую идею России невозможно, что указывает на ее ложность. И это обстоятельство не зависит от наших субъективных оценок, как не зависит от них таблица умножения.

Демифологизация России демонстрирует очевидность, что Россия – это не святая и не инфернальная, а обычная страна, такая же как и все, российский народ вовсе не богоносец и не исчадие ада, а обычный народ, российская культура – не какая-то особая великая культура, а одна из европейских культур, у которой также есть свои гении, как и в других культурах. Люди везде одинаковы, и россияне ни в моральном, ни в интеллектуальном, ни в духовном плане не отличаются от других народов. Зло не в России, не в народах, ее населяющих, а в противоестественной социальной системе, которая с позиции нормального человека не имеет никакого смысла. Все эти мифы про «Прекрасную Россию будущего», распространенные среди русских оппозиционных националистов, предлагают лишь продлить агонию этой противоестественной социальной системы. Возможно на месте России в будущем будет что-то другое, демократическая федерация, конфедерация или независимые страны, но очевидно, что в нынешней имперской форме централизованного управления России нет места в современном мире, а после чудовищных преступлений в Украине государство, которое их совершило, не сможет существовать, точно так же, как не могла бы существовать в современном мире нацистская Германия после Освенцима.

Однако возникает вопрос, как решать задачу демифологизации России, если большинство людей, поддерживающих российскую власть, принципиально отказываются воспринимать что-либо, что противоречит их картине мира. Более того, даже если начинаешь говорить на нейтральные темы об очевидных вещах, причем так, что они сразу и не могут догадаться, как это может привести к сомнениям в их позиции, все равно на каком-то внерациональном инстинктивном уровне начинают чувствовать угрозу и сразу отметают всё.

Встреча с такими людьми приводит не столько к интеллектуальному, сколько моральному противостоянию, ибо интеллектуальная дискуссия тут бессмысленна. Однако моральное противостояние требует моральной силы, поэтому необходимо испытать себя, не уподобляюсь ли им я сам, готов ли я слышать аргументы и признавать очевидные факты, которые не укладываются в мою картину мира, даже если это больно и крайне неприятно. Но только так можно обрести моральную силу говорить о правде. Эта сила открывает бытие правды. Информация, которую мы пытаемся сообщить людям, легко теряется в потоке информационного шума, но правда, о которой мы свидетельствуем, не просто информация, а причастность подлинному бытию. Поэтому когда мы свидетельствуем о правде, мы находим опору, чтобы жить, прочную основу своего существования. Через свидетельство правды религиозный человек обнаруживает причастность высшему бытию, поэтому он не будет вступать в бесполезный спор, он просто засвидетельствует, как все на самом деле, предоставив другому право выбора принять правду или остаться в ложной картине мира. Поскольку правда обладает собственным бытием, она способна действовать и на того, кто о ней свидетельствует, на того, кто ее слышит. Это дает основание утверждать, что идеи обладают собственной внутренней силой. Даже если их отвергают, они все равно находят путь, чтобы прорасти. 

Человек выстраивает ложное восприятие мира на каком-то первом искушении – такой идее, согласие на которую привело его на сторону зла. Чаще всего он забывает про это первое искушение и не осознает, на какой исходной предпосылке держится его картина мира, но если в дискуссии как-то затронуть ее, реакция будет неадекватно эмоциональной и болезненной. Дискутировать с таким человеком бесполезно, ибо он все равно не воспримет аргументы, единственно, что тут можно сделать – прояснять исходную ложную предпосылку. Чем эмоциональнее и агрессивнее человек реагирует на ее анализ, тем больше оснований считать, что мы приближаемся к основополагающей предпосылке этой ложной мировоззренческой конструкции. Ее анализ ведет к деконструкции всей ложной картины мира, и только в этом направлении имеет смысл вести разговор.

Как правило, идея мессианства России связана у людей с их личными страхами и комплексами, которые они не осознают. Как только они принимают эту ложную идею, она подчиняет их разум и волю, ибо тоже обладает силой, за которой обнаруживается своя «темная онтология», связанная не с утверждением подлинного бытия, а с его отрицанием. Эта сила отрицания перестраивает сознание человека так, что он оказывается рабом этой идеи, и защищая ее готов оправдать любые преступления. С религиозной позиции эта сила считается демонической, она проникает в человека через искушения, а потом полностью подчиняет его. Именно эта сила позволяет человеку распознавать опасность любых доводов, способных вызвать сомнение, даже если он не понимает, в чем их опасность. Поэтому и бесполезно апеллировать к очевидному в дискуссии с ним.

Каждая идея обладает своей внутренней силой, и та что причастна к подлинному бытию, и та, что причастна к демонической реальности. Поэтому когда мы сталкиваемся с человеком, поддерживающем российскую власть, рациональные аргументы бесполезны, ибо здесь столкновение двух сил на духовном уровне, которое в религиозной традиции описывают как духовную борьбу. У религии есть свои методы духовной борьбы, а у философии свои, и один из них – метод деконструкции. Не вступая в бессмысленные препирательства по поводу внешних отдельных фактов, человек очищает опыт жизни от идеологических конструктов, страхов и комплексов так, что контексте этого опыта выявляется абсурдность идеи, которая воспринимается как сверхценная в ложной картине мира. Истинная идея та, которая усваивается в опыте жизни человека, открывая причастность подлинному бытию, поэтому в мировоззренческом противостоянии приходится полагаться не на изощренность аргументов, а на силу идеи. И вот тут свое слово должны сказать представители конфессий.

К сожалению в России религиозные авторитеты основных конфессий выступили адвокатами демонической картины мира, как это было уже через месяц после полномасштабного вторжения на круглом столе «Мировые религии против идеологии нацизма». С тех пор все чаще слышен голос тех российских проповедников, которые защищают демоническую позицию, враждебную их же собственной религии. Пытаясь убедить своих адептов, что сам Бог поддерживает мессианскую идею собирания земель, они тем самым подменяют поклонение Богу поклонением другой, враждебной ему сущности.

Противопоставить этому межрелигиозному объединению в защиту демонической позиции можно только подлинный межрелигиозный диалог, темой которого должна стать демифологизация России. В связи с этим я обращаюсь к представителям всех конфессий с вопросом. Как вы считаете, в чем именно противоречит или даже враждебна религии мессианская идея России собирания земель? Я понимаю, что в России невозможно открыто высказывать свою позицию, а история как наука и вовсе сейчас под запретом. Потому нужно искать иные формы выражения мысли. Продемонстрировать свою позицию можно и в форме вопроса, например, в открытом обращении к российским религиозным авторитетам – патриарху Кириллу, епископу Сергею Ряховскому, гуру Александру Хакимову и другим. Это тоже ведь будет межрелигиозный диалог, только тут нужно правильно ставить вопросы, так, чтобы невозможно было прикрывать демоническую позицию квазиморальными рассуждениями о целесообразности.

Николай Карпицкий. В чем ложность самоидентификации с Россией и почему от нее надо отказаться?

Самое тяжелое – чувство бессилия, когда не знаешь, что можешь сделать, чтобы повлиять на ситуацию. Поэтому люди часто заменяют борьбу имитацией борьбы. Вот что сейчас, в условиях тоталитарного режима, жители России реально могут сделать такого, что действительно на что-то повлияет? Первое, что можно сделать – выжить, сохранив себя как личность. Большинство людей в России утрачивает либо свободу, либо жизнь, либо свою личность. Россия не предназначена для жизни, и само стремление сохранить себя – уже борьба. Второе, что можно сделать – отказаться от собственной идентификации с Россией. Государство, народ, нация – это идеи, которые существуют в сознании, а потом воплощаются в поступках. Сила идеи определяется способностью побуждать человека к поступку. Однако когда идея воплощается в социальном пространстве, то сознание людей попадает в зависимость от социальной инерции. Соответственно, борьба должна вести на двух уровнях – на внешнем, чтобы противостоять физической силе врага. И такую борьбу ведет Украина и российская вооруженная оппозиция. И в сознании людей. Но тут оказывается, что переубедить человека чаще всего невозможно никакими фактами или доводами, ибо есть еще психологическая зависимость, страх, который заставляет людей поддерживать власть. Однако есть другой путь – самому отказаться от этой ложной самоидентификации с Россией.

Вот когда мы просто общаемся, там можно проигнорировать любые доводы человека. Но как можно проигнорировать самого человека, если ты уже с ним общаешься? Общение – это такая реальность, в которой не только слова человека, но сама его личность влияет на других участников. Поэтому не обязательно убеждать человека, достаточно изменить способ своего присутствия в социальном пространстве, иначе говоря, в общем пространстве нашего общения, на основе которого и формируется гражданское, национальное и культурное сознание. Изменить способ своего присутствия в общении означает изменить самоидентификацию. То есть если в процессе общения не идентифицировать себя с Россией, то это гораздо сильнее повлияет на окружающих, чем любимая пропаганда. Первый шаг, который может сделать любой житель России, просто не использовать местоимение «мы», если речь идет о России или о россиянах. 

Теперь вопросы

1. Почему нужно отказываться от идентификации именно с Россией? Или же также надо поступать в отношении других стран или народов?

Любая самоидентификация на социальном уровне открывает новые исторические перспективы, что привело к возникновению современной цивилизации. Однако самоидентификация именно с Россией носит деструктивный характер. Она отличается от самоидентификации немцев с Германией, украинцев с Украиной, французов с Францией тем, что основывается не на культурно-историческом или гражданском принципе, а на идеологической установке «собирания земель». Почему Россией считают не только Нечерноземье, но и Сибирь, Дагестан, Туву? Ведь это совершенно разные страны. Есть только один принцип, который их объединяет – они все были когда-то завоеваны. По этому же принципу в Россию могут включать Польшу, Финляндию, Аляску. По этой логике все, что может быть завоевано, становится Россией. Завоевали Крым, значит он Россия, захватили Донецк, значит и он теперь Россия. Иначе говоря, сам способ идентификации с Россией предопределяет агрессию и завоевательные войны.

2. Можно ли преодолеть деструктивный характер самоидентификации с Россией не отказываясь от самой этой самоидентификации?

Теоретически можно, но на практике ничего не получилось. Национальная идея России – это завоевание новых территорий, которое начала Москва – одно из мелких варварских княжеств. Никакого права на соседние земли у него не было, однако благодаря необычной жестокости даже для своего времени и геноциду их удалось завоевать. Однако, я считаю, что нельзя ставить в вину народу его кровавое прошлое. Но проблема в том, что та самая варварская Московия сформировала образец политики военной экспансии, который постоянно воспроизводился в истории, и в императорской России, и в Советском Союзе, и снова воспроизводится сейчас.  С распадом Советского Союза возникла надежда, что Россия превратится в национальное государство, такое же как Германия, Украина или Франция, но после чекистского переворота этот шанс был окончательно упущен. Претензия к нынешней России не в том, что у нее кровавая история, а в том, что она снова воспроизвела образец политики варварской Московии и уничтожает своих соседей с такой же жестокостью. Проблема в том, что в историческом сознании россиян завоевания и геноцид оправдываются сверхценной идеей собирания земель. Но ведь на завоеванных территориях тоже жили самые разные народы, которые имели свою культуру и свои исторические перспективы. Почему же тогда россияне, которые преимущественно происходят от этих завоеванных народов, идентифицируют себя не с ними, а с их завоевателями? Причина извращения исторического сознания в самом деструктивном характере такой самоидентификации, и поэтому нет смысла как-то исправлять ее. Нужно искать другие, альтернативные способы самоидентификации.

3. Как быть с русской культурой? Может ли она стать основанием самоидентификации, или от этого тоже надо отказаться?

Для русской культуры абсолютно не нужно централизованное российское государство. Более того, русская культура постоянно находится в конфликте с государством и потому часто подвергалась гонениям. То есть, идентификация с русской культурой приходит в противоречие с идентификацией с государством, и чтобы снять это противоречие русскую культуру подменяют идеологическим конструктом русской культуры. Соответственно, отказ от самоидентификации с Россией предполагает отказ этого идеологического конструкта.

4. Не скрывается ли за отказом от самоидентификации с Россией стремление уйти от коллективной ответственности за преступления России против Украины?

Но ведь никто же не скажет, что борьба с кремлевской хунтой – это стремление уйти от коллективной ответственности за преступления России против Украины. Напротив, эта борьба является результатом осознания коллективной ответственности. То же можно сказать и в отношении отказа от самоидентификации с Россией. Коллективная ответственность определяется не по национальному признаку, а по гражданству. Все дееспособные граждане несут ответственность за действие своего государства, и эта ответственность требует, чтобы они самоопределились по отношению к своему государству и его преступлениям в Украине. Отказ от самоидентификации с Россией я рассматриваю как результат такого самоопределения по отношению к государству на основе чувства ответственности. То есть я как гражданин России несу ответственность за нее, но я отказываю в праве кому-либо, кто выступает от имени России, говорить также и от моего имени.

5. Если отказаться от самоидентификации с Россией, то что взамен? Самоидентификация со своим регионом, со своим городом, со своей улицей? Имеет ли это смысл?

Что взамен? Взамен свобода поиска новой самоидентификации. Ничего искусственно создавать не надо. Нужна лишь свобода от идеологического принуждения, дабы каждый сам за себя решал. А история сама все расставит по своим местам. Для кого-то важна региональная самоидентификация, для кого-то культурная, для кого-то религиозная. Сам факт, что во время последней переписи населения так много людей в графе национальность указывала не только еще не сформировавшиеся национальности, например, сибиряк, но даже вымышленные расы – хоббиты, эльфы, говорит о кризисе национального сознания и запросе на смену самоидентификации. В истории есть много примеров, когда целые страны и народы изменяли свою самоидентификацию и выбирали новый исторический путь. Вот такая смена и должна происходить в нашем общем пространстве общения.

18.03.2024

Николай Карпицкий. Про угрозу Третьей мировой войны

В переходные исторические периоды силы, что защищали архаику, становились виновниками войн, хаоса и социальных катастроф. Причина в страхе перед изменениями, к которым основная масса людей не успевает адаптироваться, что побуждало воспринимать мир враждебно. Разные политические силы использовали страх и агрессию в своих интересах и сами скоро становились заложниками идеологии поиска врага.

Сейчас весь мир переходит в новое информационное состояние. Нынешняя переходный период отличается от предыдущих тем, что приобрел глобальный характер. Раньше нашествия варваров или политические перевороты приносили бедствия многим, но не могли затронуть всех. Кто-то продолжал жить, как столетиями до него жили их предки, не замечая, социальных потрясений. И вот теперь в его деревню проводят интернет. Он узнает, что где-то на противоположной стороне земного шара какой-то учитель оскорбил его религию, а его дети тайком посещают порносайты. С распространением информационных технологий современная цивилизация повсеместно вторгается в традиционный образ жизни. У многих это вызывает шок, прострацию, а у кого-то – агрессию. 

Сейчас складываются объективные условия Третьей мировой войны. 

Масса людей, что ориентирована на архаику, оказались внутри глобального информационного пространства. Это приводит к тому, что во всех странах, и развитых, и отсталых, возникает стихийное сопротивление изменениям, которое приобретает глобальный характер. Появились возможности не только доносить до всех информацию, но и искажать ее, аккумулировать ответную ненависть. Это обстоятельство становится главным фактором борьбы между ведущими странами за свой проект будущего.

Борьба между разными проектами будущего связана с тем, что разные социальные системы находятся в разных фазах своего развития. Страны западной цивилизации имеют свой проект будущего, основанный на демократии и правах человека. Однако другие страны тоже хотят найти свое место в будущем и предлагают свои проекты. Китай стремится войти в будущее информационное общество, сохраняя архаический характер своей социальной системы, однако уже не выдерживает конкуренции с западным обществом, что создает объективные условия для конфликта. Свои проекты перехода в будущее имеют и другие страны – Турция, Иран, Индия. Они все стоят перед выбором, либо переходить в будущее через сотрудничество со странами западной цивилизации, либо в конфронтации с ними, противопоставляя ценностям свободы и демократии архаичные ценности. Это означает, что глобальная война не предопределена, ее можно избежать, если выбрать путь сотрудничества.

Также сейчас складываются и субъективные условия развязывания Третьей мировой войны. Правительства, которые продвигают проекты будущего с сохранением архаической организации общества, начинают использовать люмпенов как инструмент противостояния с западной цивилизацией. Это приводит к причудливым объединениям, когда, на одной стороне с ХАМАС оказываются и мусульманские авторитарные лидеры, и российские некроимпериалисты, и западные левые, которые считают себя просвещенными.

Авторитарные страны, такие как Китай или исламские монархии, нельзя считать люмпенскими, так как они опираются систему ценностей, которая хоть и архаична, но традиционна для культуры. Они просто защищают иную социальную и культурную модель общества, которая в свое время была прогрессивной. Однако в конкуренции с западным проектом будущего они ищут поддержку у таких диктатур, в основе которых лежит социальный механизм люмпенизации – Северная Корея, Россия, Палестинская автономия в Секторе Газа. Люмпенизация – это процесс социальной и ценностной деградации, когда ценности вытесняются примитивными социальными инстинктами. Хотя люмпены могут идентифицировать себя с нацией, культурой или религией, они все равно не понимают их содержания. Поэтому такая идентификация носит исключительно негативный характер через противопоставление другим нациям, культурам или религиям. Например, представители ХАМАС понимают ислам не как религию, а как идеологию борьбы с другими культурами подобно тому как российские некроимпериалисты понимают «русский мир». В этом смысле ХАМАС враждебен религиозной и культурной сущности ислама.

В отличие от Китая, у России нет своего проекта будущего, но есть претензия на доминирование. Отсюда и иррациональность политики России, которую другие авторитарные страны, в том числе и Китай, могут рационально использовать в борьбе за свои проекты будущего. Чем дольше затягивается война с Россией, тем больше вероятность, что локальные войны, такие как нападение России на Украину, нападение ХАМАС на Израиль и другие, сольются в Третью мировую. Этого хотят избежать Соединенные Штаты, что становится фактором ограничения военной помощи Украине.

Чтобы остановить сползание в Третью мировую нужна была быстрая победа нал Россией. Однако ни у Соединенных Штатов, ни у других европейских стран, ни у Украины, ни у российской оппозиции нет проекта победы над Россией, который включал бы понимание цели и методов ее достижения. Никто не знает, что делать с Россией в случае победы над ней, поэтому военную помощь дают только для оборонительной операции, а не для победы. В этом одна из причин неудачи наступления Украины в 2023 году.

Российская власть могла существовать независимо от российского населения благодаря доходам от нефти и газа. Для блицкрига ей не нужна была военная мобилизация страны, и это давало нам надежду, что после того, как мы отразим первую волну вторжения, война закончится. Однако российская власть выбрала путь бесконечной войны на истощение. Это потребовало трансформации режима, которая сопровождалась нестабильностью, но уже этой осенью она завершилась. Часть ресурсов от продажи углеводородов власть перенаправила в депрессивные регионы, что привело к укреплению режима. Теперь прекращение войны приведет к ослаблению стабильности, поэтому даже если бы Россия заключила мир с Украиной (что невероятно), то тут же напала бы на какую-либо другую соседнюю страну, и риск Третьей мировой войны только увеличился бы.

Сейчас Россия лучше готова к бесконечной войне на истощение, чем Украина. Мобилизационный ресурс Украины ограничен, в то время как Россия может неограниченно рекрутировать за деньги люмпенов и депрессивных районов, гибель которых не вызовет никакого социального напряжения. Мобилизацию военной промышленности Россия начала раньше Украины, наращивает производство дронов, средства радиоэлектронного подавления. Дополнительно к этому получает снаряды из Северной Кореи, в то время как западным странам нужен год-два, чтобы выпускать достаточно снарядов, чтобы обеспечить Украину. Санкции против России не сработали. Теперь Россия располагает на Западе колоссальными неучтенными средствами, которые позволяют подкупать западные СМИ и коррумпировать западную элиту, в то время как украинская дипломатия обращена на внутреннюю, а не на внешнюю аудиторию, и потому действует контрпродуктивно. Если не появятся новые факторы поддержки Украины, то будущий год будет очень трудным.

Украина может победить только в одном случае, если проект победы поддержат США и Европа. Для этого нужно, во-первых, иметь проект победы, и, во-вторых, убедить в нем западное общество. А убедить можно только если стремиться к сотрудничеству на основе понимания общих ценностей. В условиях войны архаичные ценности неизбежно начинают преобладать над ценностями равноправия и политических свобод, чтобы приостановить это сползание в архаику, необходим диалог внутри гражданского общества.

Многие спрашивают, что они могут сделать для победы. Первый шаг – это, отказаться от проецирования ненависти на всех, кто не согласен, от ярлыков, и вступить в общественный диалог о принципах, ценностях, которые лежат в основе общества. На самом деле, это проблема не только Украины. В переходные эпохи люди выбирают сторону добра или зла часто под воздействием внешних обстоятельств, а не осознанно. Поэтому, как мы видим, что даже в цивилизованных странах, которые на стороне добра, возникают расколы в обществе. Это закономерно для переходной эпохи. Люди теряют способность к диалогу, потому что отрицают за другими право иметь свое мнение. Любое разногласие по какому-либо вопросу рассматривается как переход в лагерь врага. Это ведет к накоплению системных ошибок в государстве. Однако Украина сейчас борется за выживание, поэтому не может больше накапливать системные ошибки, которые уже помешали победить в этом году. Сами ошибки неизбежны в такие переходные периоды, но преодолевать их можно только там, где есть общественный диалог между гражданами, между разными политическими силами, между разными церквями, между обществом и государством.