понедельник, 26 мая 2025 г.

Николай Карпицкий, Руслан Габбасов. Время империи проходит: башкирские националисты взяли курс на независимый Башкортостан

Источник: PostPravda.info. 26.05.2025. 

Башкирские националисты с флагом националистической организации «Кук Буре». Фото с Фейсбука Руслана Габбасова

Накануне распада Советского Союза Башкортостан переживал национальный подъем: принимается закон о суверенитете, возникают националистические объединения, среди которых самым заметным стал «Союз башкирской молодёжи». 31 марта 1992 года Башкортостан подписал Федеративный договор, предусматривающий договорной характер отношений с Российской Федерацией, а 24 декабря 1993 года была принята Конституция Республики Башкортостан, утвердившая пост президента Республики.

С приходом Путина к власти Башкортостан фактически утратил автономию, вместо всеобщих выборов президента – назначение «главы» республики, вместо договорного характера отношений с центром – жесткий контроль Москвы. В 2018 году башкирский язык был исключен из списка обязательных предметов школьной программы.

В ответ на давление московских властей возникают новые националистические организации: «Кук-Буре» (с 2007 по 2018) и «Башкорт» (с 2014). О том, как башкирские националисты видят будущее независимого Башкортостана в беседе с Николаем Карпицким (PostPravda.Info) рассказывает руководитель Комитета Башкирского национального движения за рубежом Руслан Габбасов, автор книги «Записки башкирского националиста».

Николай Карпицкий. Расскажите о политическом проекте будущего Башкортостана?

Руслан Габбасов. У нас, как и у других развитых национально-освободительных движений, есть свой проект будущего независимого государства. Мы разработали его еще в конце 1922 года. Я сам – башкирский националист, в хорошем понимании этого слова, был одним из руководителей национальной организации «Башкорт», до этого был заместителем председателя организации «Кук-Буре».

Находясь в России, мы еще не говорили о независимости, по крайней мере, открыто, потому что невозможно было говорить. Но мы отстаивали принципы федерализма, требовали возврата к договорной основе отношений. В 1994 году Башкортостан подписал с Российской Федерацией двусторонний договор, у нас был как минимум экономический суверенитет, и наполовину политический. Всё это по итогу правления Путина сошло на нет, республика превратилась в обычную губернию. Мы отстаивали суверенитет, выходили на митинги, боролись за права и интересы башкирского народа, за башкирский язык, культуру, традиции, историю, национальных героев. После того как нашу организацию «Башкорт» признали экстремистской, запретили на территории Российской Федерации и начались преследования активистов, я уехал.

Сейчас мой друг, первый председатель организации «Башкорт» Фаиль Алсынов, находится в тюрьме. Его посадили на четыре года. Это спровоцировало большие волнения в Республике Башкортостана, возможно, вы слышали о них. В январе 2024 года 6−7 тысяч человек, а может и более, вышли в защиту Фаиля Алсынова. К тому времени я уже был за границей. Я понимал, что меня тоже рано или поздно посадят, и выехал за три месяца до начала войны. Тогда еще я не знал, что будет война, хотя догадывался из-за событий, которые происходили на границе.

Я участвовал в «Форуме свободной России». Его проводят российские оппозиционеры, те самые москвоцентричные, или, как я их называю, псевдолибералы. На нем я высказал мысль, что федерацию нужно менять, чтобы это была горизонтальная, равноправная федерация: все равноправные субъекты, в том числе и области, должны подняться до статуса республик и установить договорные отношения между собой; столица должна быть перенесена из Москвы в другой город. Но уже через три месяца, после того как началась война, мы поняли, что с империей уже ничего не сделать, и взяли курс на независимость.

Мы видим будущее Башкортостана как независимого государства с парламентской формой правления. Соответственно, двухпалатный парламент, так как у нас в республике Башкортостан проживает три народа, которые примерно одинаковые по численности — это русские, башкиры и татары. Русских 37%, башкир — 31%, татар — 21%. Мы понимаем, что моноэтнического государства у нас не получится, поэтому делаем ставку на построение гражданской политической нации – башкирской политической нации по типу, как сегодня сформировалась украинская политическая нация, куда входят представители разных народов; как сегодня формируется казахстанская политическая нация. Необходима люстрация всех пропутинских сил, которые были виновны в преследовании, посадке и убийствах людей. Мы подробно расписали это в проекте – полное реформирование, экономика будущего независимого Башкортостана.

Николай Карпицкий. Я считаю, каждый народ имеет право на самоопределение, но пока в России сохраняется единый центр управления, она все равно перестроится в империю. При любой форме правления, хоть парламентская, хоть президентская. И я пришел к пониманию, что единственный способ децентрализовать власть – передать функции назначения глав силовых ведомств не центральному органу, а федеративному органу, который бы создавался из глав регионов, поскольку главы регионов живут в своих местах и могут собираться везде, не обязательно в Москве. А если еще им передать право распределять бюджет, то тогда действительно мы получим договорную систему, и тогда все решения будут приниматься на договорной основе между регионами. К сожалению, западные страны скорее поддержат диктатуру, нежели распад России. Но если предложить реальный проект федерации с перспективой возможности дальнейшего самоопределения регионов, который сделает Россию безопасной, то, может быть, удалось бы создать международную коалицию под этот проект. Я так говорю, потому что просто вижу, что без такой коалиции, то есть без внешней силы, нет шансов изменить ситуацию в России. Как вы думаете?

Руслан Габбасов. Но вы сейчас говорите ровно то, что сейчас говорит вся москвоцентричная оппозиция. Они прекрасно понимают то, что невозможно дальше так жить с такой вертикалью власти, когда все сосредоточено в одних руках – в Москве. Но и на независимость национальных республик они тоже не согласны, поэтому обещают полный федерализм, равноправные отношения и максимум полномочий регионов. Но если это еще было можно обсуждать до войны, то сейчас уже нет. Национально-освободительное движение национальных республик ушло намного дальше идеи федерализма. Многие уже не видят себя в составе России.

Башкиры три раза подписывали договор с Россией. Первый раз с Иваном Грозным – с Московским царством. Второй раз – с Советским Союзом, с Лениным подписал наш лидер Ахмет-Заки Валиди, в период первой башкирской республики. Третий раз – Муртаза Рахимов, наш первый президент современной республики Башкортостан, подписал договор с Ельциным. Все три раза договора были нарушены в одностороннем порядке со стороны Москвы, Я думаю, что и на четвертый раз мало что изменится. Тут не столько сама страна, сколько сам народ такой. Русский народ – он имперский народ, и пока он не изживёт в себе империю, так и будет чувствовать себя хозяином положения везде и всегда стремиться доминировать. Поэтому никто не хочет возвращаться к обсуждению федерализма – просто не верят.

Наш Башкортостан – очень богатая республика. В 90-х годах мы были регионом-донором, у нас хороший промышленный комплекс, у нас огромные запасы природных ресурсов, у нас людской капитал, умные, образованные люди, у нас чудесная природа для туризма. Мы прекрасно понимаем, что можем свободно жить без России. И почему мы должны отдавать, как сейчас, 80% доходов нашей республики федеральному центру? Мы понимаем, что вся Россия, может быть, и не распадется, но давайте вспомним, что в 1991 году, когда распался Советский Союз, Запад тоже был против распада. Джордж Буш прилетал в Киев, упрашивал украинцев, чтобы они не выходили из Советского Союза, но это же не спасло от распада. Российская империя распадается постепенно. Как бы она ни называлась – она всё равно империя, что Советский Союз, что Российская Федерация, что Российская империя.

После развала Российской империи отвалилась Польша и Финляндия, после распада СССР отвалилось ещё 14 республик. Я не вижу Чечню в составе будущей Федерации, какой бы она там федеративной ни была. Если Москва отпустит Ичкерию, что она сможет сказать башкирам? В Москве понимают, что чеченцы – это народ, который невозможно ассимилировать, поэтому видят в чеченцах угрозу. Они будут рады отпустить чеченцев, ингушей, но отпустив их, что скажут нам, башкирам, татарам, бурятам, якутам? Почему одним можно, а другим нельзя? Поэтому они вынуждены будут нас отпустить, и это не зависит от того, что Запад хочет или не хочет. Отделятся те, кто хочет, кто может. Впоследствии, возможно, какая-то часть вернется обратно, возможно, образуется какое-то конфедеративное государство. Но вернутся только те, кто захочет. Не факт, что мы захотим вернуться. Это исторический процесс, ход истории невозможно изменить. Время империи проходит, и Россия является, наверное, является предпоследней империей. Последней империей, которая развалится, наверное, будет Китай.

Власть в России персоналистическая. На 100% всё держится на одном вожде. Как только его не станет, не знаю, по каким причинам –будет ли это табакерка с шарфиком, естественная смерть или он уйдёт сам – в любом случае всё посыпется. С его смертью начнется крах, большая смута. Она может продолжаться от нескольких дней, как это произошло в 1991 году, когда за три дня рухнул Советский Союз, и до нескольких десятилетий, но все равно приведет к тому, что национальные республики уйдут.

Если к власти придут сегодняшние либералы, может, полулибералы, которые сегодня в путинской элите на вторых или третьих ролях, договорятся с Западом о частичном снятии санкций, появится какая-то демократия, условная гласность, свобода слова, плюрализм мнений, появятся политические партии, то они вынуждены будут давать полномочия регионам, республикам. Без этого никак. Появятся, как в 90-х годах, региональные и республиканские политические партии. Ведь раньше у нас были политические партии в своей республике, это позже Путин запретил их. И, соответственно, когда будут свои политические силы, политические лидеры внутри национальных республик, в любом случае будет подниматься вопрос о независимости, о выходе из России. Что новые власти будут с нами делать? Снова репрессировать? Будут бомбить ковровыми бомбардировками? Но тогда они покажут свое имперское лицо и не смогут вернуться обратно в Европу. Поэтому у них не будет выхода. Они отпустят все те национальные республики и регионы, которые захотят выйти.

В сегодняшней модели России русский народ проигрывает в этой гонке жизни народов, потому что вместо того, чтобы нормально развиваться, он начал войну – даже не с тюркскими народами, не с мусульманскими, а с самым близком славянским народом, положил практически миллион; огромное количество эмигрировало, уровень жизни, рождаемости упал. На такую огромную территорию русского народа просто не хватает, а мигрантов всё больше и больше заезжает. Рождаемость в Центральной Азии очень высокая, в Узбекистане с населением тридцать семь миллионов человек за 2024 год родилось 880 с чем-то тысяч новорожденных, в то время как в России, где численность населения 140 миллионов, родилось миллион двести – сопоставимые числа несмотря на то, что разница в численности населения огромная, почти в четыре раза.

Поэтому Россия будет проигрывать, пока русские националисты не осознают, что им нужно создавать свое отдельное русское государство на территории, условно, Золотого кольца, где сосредоточены русские регионы – Брянская, Орловская, Рязанская и другие области. Если они будут пытаться цепляться за всю Россию, а их явно не хватает на такую огромную страну, они будут замещаться теми же самыми выходцами из Средней Азии, кавказцами, у которых рождаемость намного выше. К тому же мы видим, как Россия легла сегодня под Китай и просто продает Сибирь, Дальний Восток. Местным это тоже очень сильно не нравится. Соответственно, сепаратистские настроения там тоже будут расти, и все это приведет к тому, что регионы будут отделяться.

Руслан Габбасов, руководитель Комитета Башкирского национального движения за рубежом. Постер с Фейсбука Руслана Габбасова.

Николай Карпицкий. Вы говорите, что Россия распадется, но эта перспектива будущего, а мы то видим, что российская армия прет и прет на фронте. Вот я с вами разговариваю, и в меня может в любой момент прилететь ракета или дрон. Поэтому у меня вопрос из Украины – а какие есть силы, чтобы что-то изменить сейчас, а не когда-то в будущем?

Руслан Габбасов. Сейчас я не вижу никаких сил, которые смогли бы изменить, к сожалению. Даже во время Второй мировой войны, когда гибли миллионы советских солдат, миллионы попадали в плен, в то же самое время, НКВДшники проводили такие спецоперации, как выселение целых народов. Власти всегда держали внутри себя огромные силы, и сейчас то же самое. Сколько бы там не погибало со стороны России на фронте, все равно такие силы есть. Конечно, всё может измениться в любой момент. Мы же видели марш Пригожина – чёрный лебедь, который неожиданно возник – просто недозревший бунт. На данный момент я не вижу, что может развалить Россию. Но в то же время я бы не сказал, что Россия «прет». Да, постепенно ползучая оккупация идёт. Есть, конечно же, с их стороны какие-то малочисленные успехи, но это не «прёт». Прёт – это когда Гитлер за несколько месяцев дошёл до Москвы. Мало того, скоро уже Российско-украинская война сравнится по времени со Второй мировой войной. Уже 3,5 года воюет. Действительно, если в долгосрочной перспективе – то только смерть Путина, потому что пока он держит все под контролем, все элиты, кланы подчиняются ему, но без него начнут между собой враждовать.

Николай Карпицкий. Да, я тоже считаю, что в той форме, как существует Россия, она не может существовать в современном мире. Но что с ней делать сейчас, как нам мобилизоваться? В связи с этим у меня вопрос о башкирском самосознании. У меня же были студенты-башкиры, они адекватные, а вот их родители за Путина и сейчас поддерживают войну. Выходит, даже среди башкир значительная часть населения поддерживает Путина. Какова ситуация с национальным самосознанием в самом Башкортостане?

Руслан Габбасов. Насчет значительной части я бы поспорил бы. Два народа больше всех воевали с Россией – это башкиры и чеченцы. Мы много воевали, очень много поднимали восстаний. Нам есть на что опираться в истории. Все наши национальные герои – лидеры наших национально-освободительных войн с Россией. К сожалению, 70 лет советской власти, потом 25 лет путинской пропаганды имеют последствия – многие из поколения 40 плюс – это такие «ватники», но молодёжь, к счастью, другая. Ещё три года назад о независимости мало кто говорил, и если говорили, то только перешёптываясь где-то на кухне между собой. Сегодня огромное количество башкир поддерживает идею независимости. Об этом очень многие открыто говорят. Понимают, что открылось окно возможностей, быть может, последний раз, когда у нас есть возможность обрести независимость. По крайней мере, у нас есть хорошие примеры. Мы смотрим на бывшие союзные республики, на такие же родственные нам народы, как казахи, кыргызы, узбеки.

Да, у них там с демократией не всё хорошо, но сейчас в нашем положении не до демократии, наверное. Нам бы спасти народ. Прежде, чем построить дом, человеку нужно просто самого себя накормить, выжить физически, одеться, чтобы были силы строить дом. Тут то же самое. К сожалению, ввиду ассимиляционной политики, имперской политики, очень многие народы – горные алтайцы, хакасы, карелы, марийцы, удмурты – очень сильно ассимилируются в последние годы. Эти народы очень небольшие по численности по сравнению с башкирами. Путин делает всё, чтобы превратить нас в безликих россиян – система образования была уничтожена, и обязательное изучение языков и многое другое. Очень важный фактор – религия. Те народы, которые исповедуют христианство или не исповедуют никакой религии, или шаманизм и тому подобное, постепенно-постепенно ассимилируются русскими. Особенно, ещё раз говорю, сильная роль христианства, потому что одна общая культура на основе религии, общие имена, праздники и так далее.

У мусульманских народов все-таки ситуация лучше, потому что разные культуры, разные религии, разные имена. К тому же нас много пока еще, нас все-таки полтора миллиона, а татар – до 4 миллионов, соответственно, мы пока еще держимся. Но если такая политика будет продолжаться и дальше лет 50-100, то мы, возможно, окажемся на том же уровне, на каком сейчас находятся хакасы. Поэтому при независимости, наверное, никакой демократии у нас, возможно, первое время не будет. Возможно, будет мягкий авторитаризм. Нам надо укрепить свою нацию, как укрепили себя казахи. Они выросли в численности в более чем в два раза после обретения независимости. Узбеки выросли в численности, укрепили свой язык, свою культуру. Даже если сейчас их захватит Россия, они уже не ассимилируются никогда, потому что их очень много и у них очень сильная национальная идентичность. После обретения независимости нам нужно сперва укрепиться как нации. Если будет мягкий авторитаризм по типу Сингапура, Южной Кореи – то также как они постепенно перешли от авторитарного режима к демократическому, так и мы сможем. Мы это объясняем людям. Они прекрасно понимают, что сегодня на кону уже стоит жизнь народа. И если мы не используем вот эту возможность, которую нам представляет господин Великий Случай, связанный войной, то мы исчезнем.

Николай Карпицкий. Когда я приезжал в Киев в конце 80-х, там мало кто говорил по-украински, а сейчас я вижу, что и многие переходят на украинский язык, и что интересно, молодое поколение лучше знает украинский язык, чем старшее поколение. А вот когда я общался со своими студентами – башкирами, наблюдал обратную закономерность: бабушки и дедушки знают башкирский язык, а молодежь уже забывает. В Украине, Казахстане хорошее знание родного языка открывает социальные лифты для молодежи, поэтому ситуация там радикально изменилась, а что сейчас мотивирует молодежь изучать башкирский язык? Одно время я преподавал в Ханты-Мансийске, и с сожалением наблюдал, что у хантыйской и мансийской молодёжи нет мотивации изучать родной язык. Они хотят получить профессию, выучить английский, но на родном языке практически не говорят. Как вы считаете, что нужно делать, чтобы башкирский язык развивался и дальше?

Руслан Габбасов. Я скажу так, что только политическим путем возможно решить языковую проблему. Пока государство не обретет независимость, решить проблему невозможно. Мы будем терять людей, владеющих башкирским языком из года в год, что сейчас и происходит. Сейчас башкирский язык держится на энтузиастах, на башкирских националистах, которые несмотря на русскоязычную среду все равно дома, внутри своих семей разговаривают только на башкирском языке, обучают детей, отправляют в башкирские детские сады, школы (насколько они еще остались башкирскими), поддерживают башкирский круг общения. Остались какие-то башкирские клубы, люди встречаются, общаются, передают друг другу знания – все только на этом держится. Так как нас все-таки полтора миллиона, мы еще что-то можем, у нас осталось ядро, которое позволит восстановить утраченное, если в ближайшие 20 лет мы обретем независимость.

Символ националистической организации «Кук Буре» на обложке книги Руслана Габбасова «Записки башкирского националиста»

четверг, 22 мая 2025 г.

Николай Карпицкий. Восстание архаики: почему люди выбирают диктатуру?

Источник: PostPravda.info. 14.05.2025. 


Благодаря информационным технологиям сформировалось глобальное пространство коммуникации. Сейчас мир находится в переходном состоянии на пути к новому информационному обществу, в котором конфликты за власть над территориями должны утратить смысл. Именно в этот переходный период начинается восстание архаики против современности. Война против Украины – это второй фронт большой войны против современной цивилизации. Первый фронт открыл международный терроризм, начавшийся с нападения на США 11 сентября 2001 года. Эта война поставила перед нами вопрос: «Почему так много людей выбирают зло?» Является ли случайностью то, что установление диктатуры в России, активизация международного терроризма и превращение интернета в элемент повседневной жизни происходят в один и тот же исторический период?

Чем вызвано восстание архаики?

Любые переходные исторические периоды сопровождаются социальными потрясениями. Это связано с тем, что многие люди не успевают адаптироваться к изменениям и начинают борьбу за восстановление архаичных форм жизни. Пример, который непосредственно касается меня, – революция в Иране 1979 года, приведшая к установлению тоталитарного империализма. А касается он меня потому, что сегодня ночью снова неподалеку от меня ударили беспилотники «Герань», созданные по иранской технологии. Сейчас в переходное состояние вовлечен не отдельный регион, а весь мир, и поэтому существует угроза перерастания локальных войн в Третью мировую войну.

Переход к информационному обществу связан с возникновением глобального пространства коммуникации, в котором государственные границы и языковые различия перестали быть препятствием для общения. Меняется психотип человека. Современные дети никогда не остаются одни – они постоянно находятся в контакте друг с другом. Никто не знает, как это изменит человеческую природу. Кто-то использует возможности информационных технологий для саморазвития и творчества, а кто-то изолируется в информационном пузыре единомышленников, где зарождаются нелепые и опасные мифы.

Признаки архаического и современного сознания

Восстание архаики охватывает как архаичные диктатуры, так и современные демократии. Признаком современной цивилизованности является приоритет ценности личности над обществом. Современное общество отличается от архаического тем, что права человека лежат в основе правовой системы, а уважение к самоидентификации личности – в основе морали. Моральное отношение к человеку определяется его индивидуальностью, а не национальностью, социальным статусом или принадлежностью к тому или иному сообществу.

Признак архаичного мировоззрения – приоритет коллективистского над личностным. Это выражается в отрицании права на самоидентификацию: человек не имеет права самостоятельно определять свою религиозную, национальную, социальную или гендерную принадлежность – за него это должен решать коллектив, клан, сословие, общество или государство. Даже выбор, кого любить, в патриархальном обществе делался не самим человеком, а его родителями.

Представим патриархальную жизнь деревни. Там столетиями почти ничего не менялось: нашествия, смена властей, революции проходили мимо. Однако от вездесущего Интернета не укрыться, и через него в эту замкнутую среду проникает большой мир – с чуждым и неприемлемым отношением к традициям, религии, воспитанию, сексуальности. К ужасу старших, все эти чужие нравы перенимают их дети. Самая распространенная реакция – прострация, стремление не замечать изменений. Однако всегда находятся те, кто примыкает к радикальным и террористическим движениям, полагая, что современный мир – воплощение зла, а любые преступления против него – благо. Так возникли ИГИЛ, ХАМАС, «Аль-Каида» и другие организации, в которых добро считается злом, а зло – добром.

Право на самоидентификацию

Человек имеет право на самоидентификацию – в том числе в соответствии с архаическими ценностями. Архаическое сознание – это не хорошо и не плохо. Оно – естественно. Противоестественным становится его искажение при столкновении с современностью, когда возникает ненависть и восприятие окружающего мира как зла. Исламский экстремизм – это уже не архаика: он не имеет ничего общего с традиционным исламом. Это новое явление, возникшее в результате конфликта между архаикой и современностью.

Однако было бы серьезной ошибкой делить людей на «архаичных» и «современных». Один и тот же человек может в одних аспектах руководствоваться архаичными ценностями, а в других – быть совершенно современным. Так, Илон Маск, будучи современным в научном и техническом отношении, оказался крайне архаичным в повседневной жизни – он не смог принять гендерную идентичность своей дочери, и это архаичное мировосприятие повлияло на его политическую позицию.

Тем не менее, я вовсе не хочу этим сказать, что современные взгляды «лучше» архаичных. Я вообще против оценок такого рода. И архаичные, и современные убеждения человека в равной степени заслуживают уважения. Неприемлемыми становятся только те из них, которые приводят к причинению вреда другим людям. Именно поэтому главным признаком современного государства является правовая система, которая защищает права и идентичность каждого человека – включая право отстаивать как архаические, так и современные ценности.

Страх перед современностью и отрицание реальности

Конфликт между архаикой и современностью постоянно возникает и преодолевается с каждой сменой поколений. Это естественное состояние человеческой истории. Проблема не в самом конфликте, а в том, что страх перед современностью порождает новые явления, которые трансформируют архаическое сознание в опасную форму. Этот страх перерождается в ненависть и приводит к тому, что консервативные люди, ранее руководствовавшиеся традиционными ценностями, внезапно начинают поддерживать зло.

Одним из условий такого перерождения является защитная психическая реакция – отрицание реальности. Для этого явления существует специальный термин – дениализм (от англ. denial – отрицание). Дениализм – это мировоззрение, основанное на иррациональном отрицании реальности, особенно тогда, когда она противоречит убеждениям человека. Это включает в себя и отрицание эмпирически проверяемых фактов, по поводу которых в научном сообществе существует консенсус. Примеры дениализма – отрицание существования вирусов, вызывающих СПИД и COVID-19, всевозможные теории заговора, «новая хронология» Фоменко, антипрививочное движение, общество плоской Земли и т. д. В стабильных социальных условиях носители таких взглядов воспринимаются как маргиналы, однако в переходные периоды их влияние резко возрастает.

Почему консервативные веряне поддерживают циничных популистов?

Тем не менее, самым парадоксальным явлением, сопровождающим восстание архаики, становится союз циников, охлоса и консерваторов, ориентирующихся на традиционные моральные ценности.

Слово «охлос» здесь используется для обозначения малообразованных людей, сосредоточенных на сиюминутных корыстных интересах и не задающихся вопросами ни морали, ни политики. Еще недавно они не влияли на политическую жизнь, но, оказавшись в глобальном пространстве коммуникации, инстинктивно стали поддерживать популистов, воспринимая их цинизм и эгоизм как норму. Это привело к тому, что вызывающее поведение – ложь, сексуальные скандалы – которое ранее могло бы похоронить политическую карьеру, теперь стало залогом успеха циничных популистов.

Почему же таких политиков поддерживают представители консервативной интеллигенции и религиозных конфессий? Более того, они объясняют свою поддержку приверженностью моральным ценностям. Ярче всего это проявляется в религиозной среде. Политические популисты позиционируют себя как защитники консервативной морали – а по сути, как защитники от любых изменений. Многие веряне видят в таких лидерах единственную преграду на пути моральной деградации общества, а потому прощают им личные нравственные падения и даже преступления.

Однако не все защитники общественной морали обладают личной этической позицией, которая формируется через внутреннее самоопределение. В религиозном контексте такая позиция складывается в процессе личного богообщения. Кроме того, религия поддерживает своим авторитетом ту систему морали, которая сложилась в обществе на определенный исторический момент. Так, если в Средневековье препарирование трупов считалось аморальным, то христианская мораль осуждала эту практику; сегодня же – нет, поскольку общество изменило свое отношение.

Поскольку в архаических обществах преобладала патриархальная мораль, именно ее часто противопоставляют современности те веряне, которые не сформировали собственную внутреннюю этическую позицию. Именно в этой среде возникает поддержка циничных политиков, которых воспринимают как защитников общественной морали.

В какой момент позиция консервативных верян перерождается в отрицание современного мира?

В 2014 году провалились все попытки диалога между консервативными евангельскими христианами России и Украины, хотя до вторжения России в Крым и на восток Украины они дружили и не ощущали между собой существенных различий. Российские христианские лидеры объясняли свою поддержку Путина приверженностью консервативным ценностям, однако тот факт, что они противопоставили себя своим украинским единоверцам, указывает на утрату общей религиозно-нравственной позиции. Проще говоря, их религиозный консерватизм трансформировался в русский фашизм, который также называют рашизмом.

В то же время многие украинские евангельские христиане поддерживали и продолжают поддерживать Дональда Трампа, что вызывает критику со стороны других их единоверцев. Однако в украинском евангельском сообществе это не привело к расколу, поскольку их консервативное сознание не подверглось той трансформации, которая произошла с их российскими единоверцами.

Подобную закономерность можно наблюдать и в других конфессиях. В 2011 году я был одним из организаторов Межрелигиозного диалога, в котором приняли участие представители почти всех конфессий Томска. Нужно было убедить людей прийти на встречу, выслушать чужую позицию, не навязывая свою. С этой задачей прекрасно справлялась кришнаитка, которой люди доверяли, чувствуя ее искренность и стремление к общению. Как-то она сказала, что хочет безопасного мира для своих детей, и такой мир возможен только при наличии общего для всех конфессий понимания нравственности.

Однако, когда началось полномасштабное вторжение России в Украину, она морально поддержала позицию Путина и действия российской армии, и категорически отказалась от диалога с украинцами – даже с украинскими единоверцами. Это привело к расколу в межрелигиозном диалоге и фактическому превращению его в замкнутую секту.

Вспоминаю, как в довоенное время, когда мы прекрасно общались, она высказывалась то против прививок, то против демократии, называя ее «демон крейзи» (то есть властью сумасшедших демонов). Я считал это чудаковатостью и не придавал значения. Как оказалось, ее нравственная позиция была всего лишь реакцией на страх перед современностью – своеобразным защитным механизмом психики. С началом широкомасштабного вторжения включился другой защитный механизм – слепая вера в вождя. Подобную «чудаковатость» я замечал и у других участников Межрелигиозного диалога, которые теперь отказываются общаться со своими украинскими единоверцами. Это была не просто чудаковатость, а форма отрицания реальности, которая в условиях некроимперской диктатуры трансформировалась в мировоззрение, настолько далекое от их религии, что они утратили способность к диалогу даже с единоверцами.

Что общего между Дональдом Трампом, Нарендрой Моди и Си Цзиньпином?

В политике, и даже в политической риторике этих трех лидеров практически отсутствует понятие прав человека. Между тем именно ориентация на ценность личности и права человека позволила Западу одержать победу над Советским Союзом в холодной войне. Все три лидера оперируют категориями архаического империализма.

США и Индия – крупнейшие демократии мира, и возрождение архаики продлиться до тех пор, пока не подрастет новое поколение. Однако Китай благодаря реформам Дэн Сяопина трансформировался из тоталитарной империи в архаичную империю. Поэтому остается непонятным, как долго он сможет находиться в этом состоянии и куда повернет в будущем – в сторону демократии или обратно к тоталитаризму.

Трамп, Моди и Си Цзиньпин прекрасно понимают друг друга и полагают, что понимают Путина – но ошибаются. Хотя Путин и опирается на архаику, он возглавил совершенно новую политическую систему – некроимпериализм.

Что такое некроимпериализм?

Цель архаического империализма – собственное процветание за счет других. Поэтому воюющие империи могли договариваться о мире, когда понимали, что война становится невыгодной. Цель тоталитарного империализма – власть ради воплощения идеи, даже если это наносит ущерб самой империи. С такими режимами можно достичь мира только при наличии угрозы их идеологии и власти.

Цель некроимпериализма – сделать мир проще через смерть и разрушение. Любые договоренности о мире с ним бессмысленны. Остановить некроимпериализм можно только силой. Именно этого не понимали западные лидеры, когда пытались интегрировать Россию в международную экономическую и политическую систему. В результате они оказались не готовы к открытому противостоянию с некроимперским режимом, которому сами же помогли укрепиться.


Зло // Словарь войны

Источник: PostPravda.info. 22.05.2025. 


Обычный человек воспринимает как зло все, что причиняет ему вред или конфликтует с его этическими и религиозными убеждениями. На этом основании исследователи нередко делают вывод, что зло – это оценочное понятие, и потому его следует исключить из объективного анализа социальных процессов. Однако с началом войны украинцы на опыте убедились, что вопрос зла – не абстрактный, а экзистенциальный: он связан с их правом на жизнь.

Однако в общении со своим друзьям, родственникам и единоверцам в России украинцы стали слышать от одних, что никто не может знать всей правды, и считать широкомасштабное вторжение в Украину злом – это всего лишь субъективная оценка, от других, что в войне виноваты обе стороны, и нельзя обвинять одну только Россию, а третьи откровенно называли агрессию добром, а сопротивление украинского народа – злом. 

Тот, кто непосредственно видит зло войны, не сможет согласиться с такими трактовками зла:
 – агностицизм – «Мы не можем знать, кто виноват в войне»;
 – субъективизм – «Вы считаете войну против вас злом – но это ваша субъективная оценка, мы считаем иначе»;
 – релятивизм – «Нельзя однозначно определить, в чем именно зло, так как в войне все виноваты, и агрессор, и жертва агрессии»;
 – антигуманизм – «Мы напали на вас, потому что вы сами и есть зло, которое надо уничтожить».

Поэтому для украинцев имеет экзистенциальное значение такое определение зла, которое не зависит от субъективных оценок и идеологических предрассудков. 

Зло

Зло в широком смысле – это то, существование неприемлемо в ценностном отношении; то, что существует вопреки тому, что, как считается, существовать не должно. Однако такое определение требует уточнения, поскольку допускает два противоположных истолкования, которые следует считать ошибочными на том основании, что они разрушают ценностные ориентиры.

Ошибочные трактовки зла

1. Абсолютизация зла.
Первая ошибка – приписывать зло самой сущности человека, жизни, мира или его части. Такое понимание абсолютизирует зло и приводит к враждебному восприятию действительности и обоснованию человеконенавистнических идеологий. История знает примеры: большевики приписывали зло к социальной природе «классовых врагов», нацисты – к расовой или биологической природе своих жертв. Современная российская агрессия против Украины также оправдывается идеей, что зло якобы присуще самой природе западной цивилизации, которой противостоит Россия.

С точки зрения теистических религий, такая позиция категорически неприемлема, поскольку утверждать, что зло заложено в самой сущности чего-либо, – значит обвинять Бога в создании зла. Хотя в истории существовали учения, приписывающие зло сущности Бога или материального мира, они всегда были разрушительны для традиционных культур. В противовес этому в античности зло понималось как отсутствие или недостаток блага, а в христианстве – как отрицание полноты жизни вследствие ошибочного выбора свободной воли.

2. Моральный релятивизм.
Вторая ошибка – сводить зло исключительно к субъективной оценке. В этом случае человек называет злом все, что кажется ему плохим в конкретной ситуации. Однако то, что плохо для одного, может быть благом для другого. Например, один мужчина был отвергнут девушкой, а другой стал ее избранником. Из этого возникает мнение, будто зло – всего лишь условность или иллюзия, а значит и в агрессии России против Украины все «неоднозначно» и зависит от субъективной оценки. В конечном счете это приводит моральному релятивизму, игнорирующему различие между агрессором и жертвой агрессии.

Недопустимость субъективных оценок в объективном анализе социальных явлений

Обе позиции – абсолютизация зла и моральный релятивизм – активно используются для манипуляции общественным мнением. Обращаясь к одной аудитории, российская пропаганда опирается на представление о Западе как об абсолютном зле, с которым Россия якобы «вынуждена» воевать на территории Украины. Для другой аудитории используется аргументация в духе морального релятивизма: в конфликте якобы виноваты все – и Россия, и Украина, и Запад, – а значит, несправедливо обвинять только Россию.

Научный подход к анализу социальных явлений исключает этические, религиозные и субъективные оценки. В этом контексте зло, как оценочная категория, должно быть выведено за пределы научного анализа. Поэтому важно отличать понятие зла от субъективного суждения «то, что плохо», поскольку такие оценки зависят от точки зрения и обстоятельств, и могут меняться на противоположные. Понятие зла, напротив, должно быть адекватно объективной реальности и не зависеть от личных мнений и убеждений.

Зло как отрицание права на существование

Общее ядро представлений о зле в различных культурных традициях заключается в следующем: зло – это форма отсутствия или отрицания жизни, неполноценная реальность, приносящая страдание. Так, болезнь – это отсутствие здоровья, смерть – отрицание жизни. В социальном измерении зло проявляется как отрицание права других людей на существование. Это выражается в действиях или установках, прямо или косвенно отвергающих человеческую жизнь как ценность. Подобные социальные явления объективны и не зависят от субъективных оценок.

Однако не всякий вред, причиненный поступком, свидетельствует о зле. Поступок несет зло только тогда, когда он мотивирован или обоснован отрицанием права другого на существование, и это обстоятельство является объективным критерием зла, который не зависит от субъективной точки зрения. Такой подход позволяет сформулировать понятие зла в межличностном и социальном измерении.

Военная агрессия России – это зло в объективном смысле

Зло – это воплощение в поступках, причиняющих вред и страдание, такого отношения к другим, которое в той или иной форме отрицает их существование.

Объективность зла не означает, что оно обладает собственной сущностью. Зло – это характеристика отношения, а не сущности. Так, природа злодея сама по себе не является злом. Напротив, зло проявляется тогда, когда человек отрицает свою человеческую сущность. Приписывая зло самой сущности человека, мы тем самым оправдываем отказ человеку в праве на существование и сами воспроизводим зло.

Решение напасть на Украину соответствует данному определению зла. Владимир Путин заявил, что целью вторжения является «денацификация». Под этим термином скрывается политика, направленная на уничтожение украинской идентичности – и это мы можем наблюдать на оккупированных территориях. Таким образом, война была начата на основании отрицания за украинцами права на существование. Это – объективный факт, не зависящий от субъективных оценок.

Отрицание реальности может проявляться не только в прямом насилии, но и в игнорировании, когда жертва перестает восприниматься как живая личность. Это наблюдается в том, как многие россияне искренне верят пропаганде о «спасении» Украины от нацистов, хотя могли бы узнать правду от своих украинских друзей, родственников или единоверцев. То есть они даже близких людей в Украине воспринимают как абстракции, а как живых личностей. Такое игнорирование – это другая форма отрицания существования, не агрессивная по форме, но ведущая к тем же последствиям: поддержке войны, массового насилия и убийств. Но даже если человек субъективно уверен, что желает украинцам добра, искренне веря в то, что Россия «освобождает» Украину, он все равно становится соучастником зла. Субъективное восприятие собственного поступка как доброго не отменяет, что объективно он воплощает зло.

Одним из самых опасных последствий войны становится привыкание к злу – его нормализация. Захват территорий, пытки, убийства мирных жителей перестают восприниматься как абсолютно недопустимые. Однако такая «нормализация» является субъективной: она не отменяет объективное основание понимания зла как отношения к людям, отрицающего их существование. Именно это отношение и реализовалось в войне против целого народа.

Николай Карпицкий

вторник, 15 апреля 2025 г.

Андрей Кузичкин. Они убивают в Вербное воскресенье, но православная церковь в Москве молчит

Источник: Postimees.ee 15.04.2025

Удар по Сумам в праздник Входа Господня в Иерусалим, в светлое Вербное воскресенье лишь подтвердил безбожный характер путинской власти. Кощунство и святотатство политики Кремля - это догма.

Убийство десятков людей - женщин, детей, стариков и военных в дни христианского Великого поста и в канун Страстной седмицы воспринимается как жертвоприношение. И кровью жертв, принесенных в дар Молоху, окропляется алтарь, ставший фундаментом возрождения в России неоязычества и некроимпериализма.

Вот истинная цена и подлинное лицо путинского режима. И именно в услужении этому режиму находится Русская православная церковь Московского патриархата. Но и остальные конфессии - от буддистов до иудеев - также превращены в путинской России в государственные и социальные институты, обслуживающие правящий чекистско-олигархический строй.

Новый рубеж, разделяющий мир

Трагическая гибель мирных граждан в Кривом Роге и Сумах стала очередным рубежом, разделившим мир на осуждающих и оправдывающих. Иногда суд Божий случается не после конца Света, а ему предшествует. И по правую сторону сегодня встали те, кто оплакивает жертв, скорбит по погибшим и гневается на кремлевских убийц. По левую сторону - те, кто торжествует по поводу очередной «победы» России, лицемерит о жертвах «случайного удара» и обвиняет в случившемся всех, кроме Путина.

Думаю, мы напрасно будем ждать от главы РПЦ МП патриарха Кирилла слов осуждения, покаяния и призывов к российской армии сложить оружие, потому что речь идет об оружии, которое сам патриарх и его клирики благословляют. Как благословляют они воинов российских на кровопролитие и убийство христиан, чья вина лишь в том, что они хотят свободы и не желают жить под властью Москвы.

Как может осудить убийство граждан Украины патриарх, который в своем поздравлении по случаю дня Росгвардии 27 марта написал: «Успешно решая различные важные задачи в зоне проведения специальной военной операции, росгвардейцы вносят большой вклад в укрепление суверенитета России».

Разными церковными наградами патриарх Кирилл щедро осыпает всех российских военачальников и прожженных пропагандистов, включая Маргариту Симоньян, которая по случаю дня рождения 6 апреля была удостоена ордена равноапостольной княгини Ольги. Симоньян, ставшая символом политического злодейства и сеятелем ненависти к Украине и украинскому народу, отмечена патриархом за «вклад в утверждение духовно-нравственных ценностей в жизни современников».

Это ли не издевательство над жертвами войны! Очень трудно ждать покаяния от человека, создающего и навязывающего прихожанам ложную картину мира.

Кровопролитие называется игрой

Вот что сказал патриарх Кирилл во время проповеди 3 марта по случаю начала Великого поста: «Посмотрите, что происходит в братской Украине! Ведь там наши братья и сестры реально страдают и подвергаются гонениям только потому, что принадлежат канонической Православной Церкви. И это происходит в Европе, в стране, которая присягает на верность европейским ценностям! Поэтому молитва о наших страждущих братьях на Украине не должна быть формальной. Мы должны действительно просить Господа, чтобы Он принес мир на украинскую землю и одновременно укрепил в вере, благочестии, верности Церкви наших братьев и сестер, которые сегодня подвергаются, несомненно, очень опасному давлению с требованиями отойти от канонического Православия и вступить в общение с теми, кто не имеет Божией благодати, а лишь ведет некую религиозно-политическую игру».

Следуя мысли патриарха, нужно признать, что в Украине не кровопролитие совершается, но лишь происходит «религиозно-политическая игра». И это говорит глава РПЦ МП на четвертом году братоубийственной войны, развязанной Россией. Для него это всего лишь игра.

Также горячо Синод РПЦ МП и сам патриарх выступили в защиту от гонений православных христиан в Эстонии. В обращении патриарха от 11 апреля ко всем православным поместным церквям, лидерам государств и международным организациям сказано: «С чувством глубокого беспокойства сообщаю Вам, что 9 апреля 2025 года Парламентом Эстонии были приняты поправки к закону о церквах и приходах, целью которых является фактический запрет Эстонской Православной Христианской Церкви - самоуправляемой Церкви в составе Московского Патриархата. Закон, лишающий ее легитимности, нарушает базовый принцип свободы совести и вероисповедания, гарантированный Конституцией Эстонии и соответствующими международными актами».

Из этого обращения следуют такие выводы:

1. Для РПЦ МП потеря власти над приходами за рубежом важнее гибели людей в Украине - эта тема не вызывает глубокого беспокойства у Синода и патриарха.

2. Церковные юристы не могут или не хотят понять, что речь идет как раз о попытках властей Эстонии обеспечить Эстонской православной христианской церкви подлинную независимость от Российского государства, превратившего церкви на своей территории в подчиненные Кремлю организации и сделавшего Московский патриархат РПЦ политотделом Министерства обороны.

3. В законе нет ни слова о запрете православия в Эстонии, напротив, власти Эстонии без устали твердят, что и храмы сохранят свой статус, и священников православных не заставят читать молитвы во славу НАТО.

4. Патриарх Кирилл явно не понимает, что его авторитет как одного из лидеров христианского мира девальвирован, и его слова, обращенные к мировой общественности, потеряли всякую цену.

Осуждение после паузы

После небольшой паузы Эстонская православная христианская церковь выпустила пресс-сообщение, в котором выразила «глубокие соболезнования народу Украины в связи с трагическими событиями в Вербное воскресенье». В тексте упомянуто, что в Сумах люди погибли в результате ракетного удара российских войск. Однако за констатацией этого факта не последовало слов осуждения в адрес России и ее руководства за развязанную против Украины и ее народа войну.

Слова из текста «Руководство автономной ЭПХЦ решительно осуждает войну» в равной мере можно применить и к России, и к Украине, если не конкретизировать, кто именно эту войну начал. Не прозвучали и призывы к президенту Путину с требованием прекратить кровопролитие. Не было и обращения к фактическому руководителю церкви, патриарху Кириллу, с просьбой молиться о мире, а не о победе российского оружия.

Да и не лишним было бы попросить патриарха повлиять и склонить к прекращению бойни в Украине президента Путина, многократно названного главой РПЦ истинным православным христианином. Места для этого в тексте обращения ЭПХЦ не нашлось. Зато много слов было сказано о несправедливых гонениях на эстонских православных, подчиняющихся Московскому патриарху.

Понятно, что Эстонская православная христианская церковь сегодня стоит перед сложным выбором: отрицая связь с политикой России, церковь пытается сохранить канонические отношения с Московским патриархатом. Но так как Московский патриархат на сегодня служит одним из инструментов российского влияния на православные зарубежные церкви, ЭПХЦ оказывается в эпицентре религиозно-политических игр Кремля и используется Москвой для дестабилизации внутриполитической ситуации в Эстонии.

Да, конечно, в век торжествующего конформизма мало желающих взойти на костер и пострадать за веру истинную. Но если сейчас не сделать выбор между служением Добру или Злу, то наша жизнь может очень скоро превратиться в сплошное Кровавое вербное воскресенье.

четверг, 10 апреля 2025 г.

Некроимпериализм // Словарь войны

Источник: PostPravda.info. 10.04.2025. 


Трагедия в Кривом Роге подтолкнула редакцию PostPravda.info выбрать темой следующей статьи словаря войны понятие «некроимпериализм».

4 апреля 2025 года ракетный удар по Кривому Рогу унес жизни 18 человек, половина из которых – дети. Более семидесяти человек получили ранения. Эта атака на гражданских не имела никакого военного смысла. Россия продолжает убивать людей в Украине непрерывно, день за днём. Но когда она делает это настолько демонстративно и бесцельно, приходит понимание: основная мотивация – некрофилия.

Обычный человек хочет жить, поэтому склонный видеть мир таким, в котором можно просто жить. Западный обыватель хочет верить, что война России против Украины хоть и преступна, но всё же рационально объяснима. Это даёт надежду на мирное будущее. Понятие «некроимпериализм», отражающее сущность современной России, разрушает эту надежду, поэтому и не может быть популярным. Российский обыватель также хочет жить и потому стремится приспособиться к власти. Но его желание жить вступает в диссонанс с некрофилией этой власти. Он оказывается перед выбором: либо жить среди некрофилов, как в аду, либо самому стать некрофилом.

Некроимпериализм

Некроимпериализм – характерная для современной России форма империализма, возникшая в результате мутации имперского сознания. С точки зрения некроимпериализма, смерть рассматривается как универсальный способ решения всех проблем, и прежде всего –проблеме укрепления власти. Защита и обеспечение нормальной жизни граждан вообще не рассматривается как задача государственной власти, а все живые люди, которые не зависят от нее, воспринимаются как потенциальная угроза. Поэтому убийство и разрушения – вполне достаточная цель, ради которой может вестись война

В основе некроимпериализма – страх перед сложностью мира и убеждение, что зло по природе присуще современной западной цивилизации, основанной на принципах свободы, права и демократии. По отношению к врагу снимаются все нравственные ограничения – любые преступления оправданы. Зло по отношению к врагу трактуется как добро, а добро – как зло. В массовом сознании некроимпериализм рождает социальную некрофилию – подавление эмпатии, отрицание за другими права на существование и восприятие смерти как способа упростить мир.

Социальная некрофилия

Социальная некрофилия – это распространение в обществе настроения, исключающее эмпатию и сопереживание, когда другие люди воспринимаются либо как объекты, либо как враждебные силы, лишённые права на существование. Подавление эмпатии на социальном уровне происходит на основе восприятия окружающего мира как чужого и враждебного. Это восприятие может формироваться стихийно или быть результатом системной пропаганды, утверждающей, что все проблемы происходят от внешнего врага, которому по природе присуще зло.

Распространению социальной некрофилии способствует страх перед сложностью мира, который усиливается по мере деградации личности и переходу к примитивному восприятию мира. Когда этот процесс охватывает массы людей, приводя их к личностной и социальной деградации, для него можно использовать слово «люмпенизация». Речь идет не только о люмпен-пролетариате, о люмпенах среди всех слоев населения – люмпен-интеллигенции, люмпен-православных и т.д. Люмпенизация способствовала быстрому распространению некрофилического настроения в российском обществе и мутации имперского сознания. Военная истерия, начавшаяся с нападения на Украину, усилила некрофилическое настроение в обществе, но не была его первопричиной.

Первая мутация имперского сознания

Архаичный российский империализм не был уникальным явлением, существовали и другие империи. В XVI столетии он идеологически оформился в концепции «Москва – Третий Рим», согласно которой миссия России усматривалась в «собирании земель», будто независимая жизнь народов на этих землях не имела никакой ценности вне России. В XX веке архаичные империи либо распались, либо трансформировались.

В ХХ веке возникают тоталитарные идеологии на основе манихейского понимания зла, в соответствии с которым зло приписывается самой сущности врага или враждебной стороне нашего мира. Под их влиянием возникает мутация имперского сознания, которая привела к возникновению тоталитарного империализма в Советском Союзе и гитлеровской Германии. Большевики считали, что зло присуще социальной природе человека, и потому мир обречен на классовую борьбу. Чтобы очистить мир от зла необходима мировая революция. Гитлеровские нацисты считали, что зло присуще биологической природе «неполноценных» людей и оправдывали войну за мировое господство необходимостью очистить от них мир.

Отношение к окружающему миру как к злу превращает архаичный империализм в тоталитарный, с позиции которого власть нужна не для процветания империи, а для дальнейшего расширения и усиления самой этой власти, которая в соответствии с тоталитарной идеологией оправдывается необходимостью очистить враждебный мир от зла. 

Вторая мутация – возникновение некроимпериализма

Вторая мутация имперского сознания трансфолрмировала тоталитарный империализм в некрофилический, т.е. в некроимпериализм. Если коммунисты ставили иллюзорную цель борьбы с окружающим миром, то для некроимпериалистов эта борьба становится самоцелью.

Вторая мутация завершилась с приходом Путина и спецслужб, хотя корни её – в практике ЧК и НКВД, когда убийство невиновных рассматривалось как способ «упростить» социум.

В современной России поощряется люмпенизация – люмпены занимают места специалистов, вытесняя профессионалов. Формируется тенденция превращения люмпенов в привилегированную прослойку общества. Люмпенов пугает сложность мира, и они охотно принимают идею, что Запад – воплощение зла, а его уничтожение – благо, поскольку сделает мир проще. В связи с этим в обществе распространяется некрофилическое настроение, в соответствии с которым разрушение и смерть воспринимаются как желанное упрощение реальности.

Российские некроимпериалисты утверждают, будто Запад навязал Украине ложную национальную идентичность, и это якобы привело к тому, что Украина стала частью мирового зла. В их логике уничтожение украинской идентичности – это борьба со злом, а зверства российской армии в Украине необходимы и оправданы. Война на территории Украины понимается как война с Западом, и после уничтожения Украины следующей целью должны стать страны НАТО.

Некроимпериалисты руководствуются иррациональной мотивацией, которую не понимают рационально мыслящие политики демократических стран. Ошибочный вывод, что Россия не будет воевать поскольку ей невыгодна война, привел к тому, что страны Европы оказались не готовы к войне. В начале полномасштабного вторжения в 2022 году и в Украине, и в странах Запада преобладало ошибочное мнение, что потери российской армии убедят российскую власть в неэффективности военного пути достижения своих целей. Эта ошибка стоила Украине тяжелых потерь в 2024 году. Решение продолжать войну на истощение, в которой невозможно победить, обусловлено именно некроимперской, а не архаичной имперской логикой.

Николай Карпицкий

четверг, 3 апреля 2025 г.

Мордор // Словарь войны

Источник: PostPravda.info. 18.03.2025. 


Почему Мордор стал символом России?

Почему для обозначения России и русских солдат украинцы используют образы Дж.Р.Р. Толкиена из «Властелина колец», а не из фильмов или сериалов про зомби или вампиров? Связано ли это с эстетической интуицией, экзистенциальным опытом войны или ценностными ориентировками? На эти вопросы отвечает очередная статья Николая Карпицкого для словаря войны, над которым работает редакция PostPravda.info.

Мордор

Мордор в трилогии Дж.Р.Р. Толкиена «Властелин колец» – страна на юго-востоке Средиземья, которой правил темный властитель Саурон. Это пустынная земля, покрытая вулканическим пеплом, непригодная для нормальной жизни. Однако орки, которые ее населяют, чувствуют себя там вполне естественно и стремятся превратить все земли в такую же пустыню. Их смысл жизни – служить Саурону и распространять его власть, убивая и умирая ради этого.

В современном культурном сознании Мордор стал символом бесчеловечной диктатуры и рабства. Сверхценная идея господства будто бы превращает людей в неспособных самостоятельно думать орков, руководствующихся инстинктами раболепия, агрессии и ненависти к другим. Первоначально Россию стали называть Мордором сами россияне, которые нашли в себе силы не прятаться в успокоительной иллюзии. Однако большинство жителей России не замечают ужас иррационального насилия со стороны власти благодаря защитным механизмам психики, создающим иллюзию. Страх и чувство беззащитности перед произволом власти вытесняются верой в ее гуманность и правильность действий. Однако, когда сила ужаса разрушает эту иллюзию, проявляется темная сторона России – бесчеловечность, иррациональность и непредсказуемость зла. Именно ее и называют Мордором.

Распространение образа Мордора на Россию не связано с пропагандой или идеологией. Никто не навязывал такое представление, не предлагал для него теоретического обоснования. Россияне сами начинали воспринимать свою страну как Мордор, исходя из собственного экзистенциального опыта. У украинцев до 2014 года такой ассоциации не возникало. Однако после вторжения России в Крым, Луганскую и Донецкую области в 2014 году они почувствовали в России экзистенциальную угрозу и тоже стали называть ее Мордором.

Украинцы воспринимают свою страну как родной дом, в котором может быть много проблем, но они исправимы. Однако присутствие Мордора изменяет восприятие жизненного пространства: часть родного дома поглощается хаосом, где невозможно существовать. В глубине Украины жизнь продолжалась как обычно, но чем ближе к линии фронта с ордой орков, тем сильнее ощущался хаос и дыхание смерти. С началом полномасштабного вторжения в феврале 2022 года это дыхание накрыло всю страну – безопасных мест больше не осталось.

Самое страшное при столкновении с экзистенциальной угрозой – иррациональная мотивация врага, исключающая возможность договоренности. Если бы Путин добивался политического влияния или материальной выгоды, можно было бы рационально объяснить его действия и искать компромисс. Именно за эту иллюзию рациональности цепляются западные лидеры, надеясь договориться о мире. Однако Путин провозгласил абсолютно иррациональную цель – уничтожение украинской идентичности, назвав это «денацификацией». Пока украинцы продолжают ощущать себя украинцами, они остаются для него врагами, подлежащими уничтожению. Таким образом, мотивация нападения на Украину соединяется с некрофилической тягой к разрушению. Поэтому вторжение россиян украинцы ощущают как нашествие орков, с которыми невозможно договориться, а войну с Россией – как войну на уничтожение, ведущуюся не только против украинской армии, но и против всех украинцев.

Украинцы используют образы эпопеи Толкиена для обозначения России и ее армии, потому что, во-первых, описание войны в его вселенной совпадает с экзистенциальным опытом войны России против Украины, а во-вторых, ценностная позиция героев Толкиена совпадает с позицией защитников Украины. В его трилогии агрессия Мордора происходит не только на материальном, но и на духовном уровне, а любое проявление морального релятивизма ведет к поражению. В борьбе с российской агрессией украинцы считают принципиально важным однозначное разделение добра и зла, как это показано у Толкиена. Любая попытка релятивистского истолкования добра ведет к оправданию российских нарративов, в том числе к уравниванию жертвы и агрессора.

Популярности образов Толкиена способствовала экранизация его эпопеи. Однако гораздо больше снято фильмов, сериалов и аниме о зомби и вампирах, ассоциацию с которыми вызывает не только некрофилическая ориентация российской власти, но даже символика российских военных подразделений – «Z» и «V». Российское командование безжалостно расходует живую силу в бессмысленных самоубийственных штурмах, будто это сила и не живая, а сами солдаты безропотно соглашаются погибать в таких атаках, будто они зомби. Тем не менее носители агрессивной российско-имперской идеологии ассоциируется именно с орками, а не с зомби или вампирами. Это связано с эстетическим неприятием символики смерти в украинском культурном сознании, которое отказывается распространять ее даже на врагов. Хотя орки олицетворяют зло, они все же живые, в отличие от зомби и вампиров. Мордор – это не потусторонний мир и не царство мертвых, а воплощение зла в земной жизни. Поэтому бороться с ним тоже нужно в нашей реальности. Если в России героизируют смерть, то в Украине – борьбу за жизнь. Это различие проявляется в том, как воюют россияне и украинцы.

Николай Карпицкий

Россия // Словарь войны

Источник: PostPravda.info. 18.02.2025. 


Можно ли использовать слово «Россия» как название страны?

PostPravda.Info начинает новый проект – «Словарь войны». Его цель – «исправление имен», то есть уточнение понятий, которые политики часто понимают неправильно. Из-за этого они совершают ошибки, которые приводят к гибели людей, трагически сказываются на фронте, и вполне могут довести до глобальной войны. Одна из таких ошибок связана с непониманием, что такое Россия и каковы причины войны.

Сейчас Россия воюет против Украины, декларируя, что на самом деле воюет против «коллективного Запада», в то время как многие западные политики полагают, что эта война – это просто недоразумение, и можно просто договориться о мире. Но что означает слово «Россия»? Можно ли это слово употреблять как название страны, подобно тому, как мы употребляем названия других стран – Франция, Польша, Украина? Или же это слово означает вовсе не страну, а любую территорию, которую Кремлевская власть поставила под свой контроль? А может быть, это вообще пустое понятие, продукт политической идеологии? Этот термин – ключевой для понимания войны, поэтому рассматривается здесь первым.

Россия

– имеет два смысла: как название современного или предшествующего ему государственного образования на севере Евразии, и как идеологическая конструкция, которая подменяет понятие страны. Страна – это часть мира, которая выделяется на основе общей исторической или культурной судьбы народов, считающих ее родиной или прародиной. Благодаря этому разные государственные образования, возникающие на территории страны, имеют общее название и воспринимаются как развитие одного государства.

Современное государство Россия – Российская Федерация

После распада Советского Союза Россией стала называться крупнейшая союзная республика, получившая независимость, однако в массовом сознании быстро возобладали имперские настроения, и распад Советского Союза стал пониматься не как обретение независимости от Советской империи, а как трагедия, связанная с потерей принадлежавших России земель. Этому способствовало то, что российская власть официально объявила себя преемницей Советского Союза. Такое настроение стало предпосылкой оправдания захвата территорий соседних стран, что воспринимается в массовом сознании как справедливая война за возвращение утраченных территорий.

В настоящее время Россия утратила основные признаки государства. В частности, фактически разрушено единство правового поля, произвол власти подменяет закон, отменены выборы региональных властей, а центральная власть окончательно утратила свою законность после переизбрания президента в нарушение Конституции. Отсутствует не только правовая система, но и такой важный признак государства, как наличие общепризнанных границ. Российская власть фактически отменила их, когда объявила об аннексии ряда территорий Украины, включая и те, которые не контролирует.

Страна Россия

В массовом сознании – неопределенно широкое понятие, которое может включать разные территории, не имеющие общей историко-культурной судьбы, например, Дагестан и Чукотку. Этим понимание России отличается от понимания какой-либо другой страны, которая выделяется как территория на основании проживания на ней народа достаточно долгое по историческим меркам время. В этом случае такая территория понимается как страна с тем же названием, что и название народа или объединения народов общей исторической судьбой – Италия, Германия, Польша, Иран, Китай, Индия…

На территории страны исторически могут возникать разные государства с разными названиями, но все они будут ассоциироваться с этой страной. Иногда страна может выделяться как историческая территория народа, который впоследствии объединил другие народы в более широкое государство.

Например, Англия, которая входит в состав Великобритании. Однако невозможно выделить такую исконную территорию, исторически связанную с русским народом, которую можно было бы назвать страной под названием «Россия». В российском общественном сознании полностью отсутствует представление об изначальной территории народа, которая отличается от других приобретенных территорий в ходе истории. Более того, территория средневекового Московского царства, которое формальному принципу можно было бы ассоциировать с исконной прародиной русских, не имеет отдельного названия.

В Украине эту территорию могут называть Московией, но в российском массовом сознании такое понятие отсутствует. Другие земли и народы, которые сейчас объединены в государство Россия, не связывает никакая общая культурная или историческая судьба. Киевская Русь не может быть исторической прародиной современной России, поскольку ее наследницей является совсем другая страна – Украина. Московское царство возникло в результате покорения соседних народов и геноцида народа Новгородской республики, который отличался от московитов и по языку, и по социальному укладу жизни, и по самоидентификации. Поэтому псковско-новогородские земли некорректно относить к исторической прародине России.

Соответственно, непонятно где проводить границу этой прародины. Обычный россиянин не знает, где начинается граница земель других народов, которые были завоеваны, например, он уверен, что Волга – исконно русская река. Таким образом, понятие России как страны остается неопределенным и по этой причине в массовом сознании подменяется идеологической конструкцией.

Россия как идеологическая конструкция

Возникает на основе принципа выделения страны в связи не с культурой или народом, а с властью. В массовом российском сознании Россия соотносится не с определенной страной, а с идеологической конструкцией, а именно, с любой территорией, которую контролирует или контролировала раньше центральная власть. Границы такого образа России четко не определены и завесят от того, в какой перспективе видит конкретный носитель массового сознания: Россия в современном ее состоянии охватывает всю территорию Российской федерации и оккупированные районы Украины; в перспективе недавнего прошлого – все страны, которые входили в состав СССР; в перспективе далекого прошлого – Польшу, Финляндию и даже Аляску. В соответствии с этим Россия отождествляется и с Советским союзом, и с Российской империей Петра Первого, и с Московским царством, и с Киевской Русью, что противоречит исторической науке.

Россия и русский национализм

На основе этой идеологической конструкции в массовом сознании россиян формируется специфический национализм. Поскольку Россией считаются любые земли, которые контролирует власть, то от власти ожидают, что она будет преобразовывать эти земли так, чтобы это было удобно носителям русского языка, то есть обеспечивать условия, чтобы все понимали русский язык. Этот национализм может приобретать радикальную форму, когда другие языки воспринимаются как пережитки прошлого, с существованием которых можно мириться, за исключением белорусского и украинского, считающиеся ненастоящими или вредными языками, поскольку их существование ставит под сомнение единство русских, белорусов и украинцев как одного народа. Эта форма национализма подкрепляется ложной концепцией, будто русские, украинцы и белорусы – это один народ или, как минимум, происходят от одного народа.

Таким образом современное понимание России сформировалось не на основе культурно-исторического опыта, а на основе идеологии и соотносится не со страной, а с территорией, которую контролирует или когда-либо контролировала центральная власть, что служит оправданием новых завоевательных войн, в том числе и нынешней войны России против Украины. То есть само понятие России включает такие идеологические установки, которые разрушительны и подталкивают к новым войнам. Понимание этого обстоятельства привело к тому, что в Украине в повседневном общении Россию стали часто называть Мордором – словом, заимствованным из трилогии Толкиена «Властелин колец».

Николай Карпицкий