Источник: Postimees 07.05.2026.
URL: https://rus.postimees.ee/8464998/nikolay-karpickiy-rossiya-ne-mozhet-otkazatsya-ot-dalneyshey-voennoy-ekspansii
URL: https://rus.postimees.ee/8464998/nikolay-karpickiy-rossiya-ne-mozhet-otkazatsya-ot-dalneyshey-voennoy-ekspansii
Предпринимаемые в последнее время попытки рассчитать сроки возможного вторжения России в страны Балтии часто исходят из условных представлений о готовности РФ к такой войне. Философ Николай Карпицкий пишет, что, однако, подготовка к войне – это бесконечный процесс, поэтому войны начинаются не тогда, когда армии готовы, а когда созрели политические условия.
Готова ли Россия открыть второй фронт против стран Балтии? На первый взгляд это противоречит здравому смыслу – ведь российская армия увязла в Украине. Однако из истории мы знаем примеры, когда воюющая страна даже в условиях кризиса начинала новую военную кампанию. В конце августа 1941 года, когда Гитлер начал операцию по замыканию Киевского котла и разгрому Юго-Западного фронта советских войск, Советский Союз вторгся в Иран и оккупировал его северную часть.
Самый свежий пример: в августе 2024 года, когда Украина не могла сдерживать российское наступление на Донбассе, ВСУ начали военную операцию в Курской области. С военной точки зрения нелогично открывать новый фронт и перенаправлять туда силы с кризисных участков, если у противника численное и материальное преимущество. Однако в подобных случаях политические соображения перевешивают военные.
Попытки рассчитать сроки возможного вторжения России в страны Балтии часто исходят из условных представлений о готовности РФ к войне. Однако подготовка к войне – это бесконечный процесс, поэтому войны начинаются не тогда, когда армии готовы, а когда созрели политические условия.
Российская армия тоже не была готова к новому типу войны, когда 24 февраля 2022 года вторглась в Украину. Если бы Путин ждал, когда она будет готова, он никогда не смог бы начать войну. Армии адаптируются по ходу самой войны, поэтому на данный момент российская и украинская армии – одни из сильнейших в мире с точки зрения ведения современной войны.
Когда мы просчитываем военные или экономические возможности агрессии, мы часто приписываем противнику собственные представления, поэтому многие не верят, что нападение на страны Балтии возможно. Но у Путина в голове другая картина мира. Он будет принимать решение о начале новой войны независимо от ситуации на украинском фронте или в российской экономике.
Решение будет принято в тот момент, когда на основе своих внутренних представлений кремлевский диктатор подумает, что для такого нападения открылось окно возможностей.
Готова ли Россия открыть второй фронт против стран Балтии? На первый взгляд это противоречит здравому смыслу – ведь российская армия увязла в Украине. Однако из истории мы знаем примеры, когда воюющая страна даже в условиях кризиса начинала новую военную кампанию. В конце августа 1941 года, когда Гитлер начал операцию по замыканию Киевского котла и разгрому Юго-Западного фронта советских войск, Советский Союз вторгся в Иран и оккупировал его северную часть.
Самый свежий пример: в августе 2024 года, когда Украина не могла сдерживать российское наступление на Донбассе, ВСУ начали военную операцию в Курской области. С военной точки зрения нелогично открывать новый фронт и перенаправлять туда силы с кризисных участков, если у противника численное и материальное преимущество. Однако в подобных случаях политические соображения перевешивают военные.
Попытки рассчитать сроки возможного вторжения России в страны Балтии часто исходят из условных представлений о готовности РФ к войне. Однако подготовка к войне – это бесконечный процесс, поэтому войны начинаются не тогда, когда армии готовы, а когда созрели политические условия.
Российская армия тоже не была готова к новому типу войны, когда 24 февраля 2022 года вторглась в Украину. Если бы Путин ждал, когда она будет готова, он никогда не смог бы начать войну. Армии адаптируются по ходу самой войны, поэтому на данный момент российская и украинская армии – одни из сильнейших в мире с точки зрения ведения современной войны.
Когда мы просчитываем военные или экономические возможности агрессии, мы часто приписываем противнику собственные представления, поэтому многие не верят, что нападение на страны Балтии возможно. Но у Путина в голове другая картина мира. Он будет принимать решение о начале новой войны независимо от ситуации на украинском фронте или в российской экономике.
Решение будет принято в тот момент, когда на основе своих внутренних представлений кремлевский диктатор подумает, что для такого нападения открылось окно возможностей.
Государство становится агрессивным, когда принимает на себя миссионерскую роль
Чтобы оценить реальность угрозы российской агрессии, надо учесть, что и люди, и государства очень часто действуют не так, как им выгодно. Украсть у соседа выгодно, но большинство людей так не поступает. Стать преступником означает изменить свою судьбу, совершив определенный жизненный выбор. Так же и с государствами: большинство стран живут в мире с соседями, даже если есть возможность захватить их.
Государство становится агрессивным, когда принимает на себя «высшую миссию». Например, шахский Иран сотрудничал с Израилем, потому что это было выгодно. А Исламская Республика Иран стремится уничтожить еврейское государство, жертвуя ради этой «миссии» благосостоянием своей страны и жизнями собственных граждан. Политические и экономические условия тут вторичны: они определяют момент и форму агрессии, но не являются ее причиной.
Россия – страна, потерявшая смысл жизни
Любое государство в основе своего функционирования имеет цель и смысл существования. Но если цель ложная, то и смысл существования теряется.
Например, смысл существования Советского Союза заключался в распространении коммунистической системы, поэтому он жертвовал благополучием своих граждан ради расширения своего влияния во всем мире. Отказ от этой миссии по причине истощения ресурсов и банкротства коммунистической идеи означал утрату смысла его существования, что и привело к закономерному распаду СССР.
Современная Россия вернулась к миссии «собирания земель», но уже очищенной от коммунистической идеологии. Именно эта миссия превратила Московское княжество в ту Россию, которая на протяжении всей своей истории вела завоевательные войны. Впервые эта миссия оформилась в XV столетии, когда Москва физически уничтожила новгородцев как самостоятельный этнос со своим языком, культурой и социальными традициями.
Парадоксально, но россияне в своем большинстве считают, будто живут в самой мирной стране, которая никогда ни на кого не нападала, а лишь постоянно была жертвой внешней агрессии и при этом всегда побеждала во всех войнах. Такая слепота объясняется тем, что россияне воспринимают агрессивные войны как справедливое восстановление миропорядка.
Для них Россия – это любая территория, на которую когда-либо ступала нога русского человека и которая находилась под властью Москвы. И неважно, когда это было – 500 или 30 лет назад. В этом понимании, если страны выходят из-под контроля российской власти, то тем самым нарушают естественный порядок мира, а все, кто начинает активно сопротивляться экспансии России, служат мировому злу.
После победы революции в России в августе 1991 года демократическое движение стремилось построить новую Россию как мирную самодостаточную страну. Однако Россия «сшита» из разных национальных лоскутков, которые были включены в нее насильно. Отказ ельцинских либералов от миссии «собирания земель» как государственной идеи привел к возникновению центробежных сил внутри страны и разрыву национальных окраин с Москвой.
Во время первой чеченской войны 1994-1996 гг. большинство россиян выступало за мир и прекращение боевых действий на Кавказе, поскольку для человека противоестественно поддерживать страдания и смерть, которые влечет война. Российский реформатор Егор Гайдар тогда сказал: «Лучше 100 лет переговоров, чем один день войны». Однако те же россияне массово поддержали вторую чеченскую войну в 1999 году. Одна из причин такого изменения настроений – страх перед распадом страны, который ассоциировался с хаосом и угрозой личному существованию.
В представлении большинства россиян Запад хочет расчленить и уничтожить Россию, поэтому война против Украины – это якобы оборонительная, справедливая война России против агрессии Запада. Соответственно, нападение на страны Балтии будет восприниматься ими всего-навсего как необходимая оборонительная операция в большой войне, которую Запад уже ведет против России.
Отказ от доктрины противостояния с Западом и политики расширения «русского мира» в парадигме «границы России нигде не заканчиваются» будет чревато крахом путинского режима, который тогда просто потеряет смысл своего существования.
Нападение на страны Балтии можно предотвратить
Путин уверен в массовой поддержке россиян в случае вторжения в страны Балтии. Готовность российской армии, возможные военные и экономические потери, ситуация на фронтах в Украине для него имеют второстепенное значение – миссия важнее. Однако ожидание коллективного военного ответа стран НАТО могло бы удержать его от нападения на страны Балтии. Но верит ли он, что такой ответ будет?
Пятая статья Североатлантического договора не предусматривает автоматического военного ответа, а говорит лишь о том, что страны окажут жертве нападения помощь, которую сочтут необходимой. Но какую помощь сочтет необходимой Дональд Трамп? Поскольку он демонстрирует свои претензии к другим членам альянса и нежелание прийти им на помощь в случае войны, Путин может поверить, что эта помощь ограничится очередными санкциями и призывами к переговорам.
Вместе с тем, пока переброски российских войск к границам стран Балтии не наблюдается, есть время что-то успеть сделать. Самым сильным шагом НАТО было бы политическое заявление о том, что в случае агрессии России все страны альянса вступят в войну автоматически, без согласования с политическим руководством.
Возможно, уже существуют секретные протоколы автоматического реагирования на определенные сценарии российской агрессии, однако Путин, уверенный в своей безнаказанности, будет проверять это путем провокаций, пока не получит мощный военный ответ. Поэтому политическое заявление со стороны НАТО о мгновенном применении силы в случае российской агрессии против государств-членов альянса должно быть услышано Кремлем.
А пока его нет, страны Балтии могут перенимать украинский опыт по созданию «стены дронов» и обустройству высокотехнологичных рубежей обороны на суше и под землей, на воде и под водой, в воздухе и в космосе. Путинский режим уже терпит экономический и военный крах, а потому, как раненый зверь, смертельно опасен. Поэтому слишком много обороны не бывает, может быть слишком мало времени, чтобы подготовиться к войне.