Николай Карпицкий. Российские мифы о жителях Донбасса. Зачем империи Путина ложь?

Источник: PostPravda.info. 17.12.2025.
URL: https://postpravda.info/ru/pravda/propaganda/narratywy-o-mieszkancach-donbasu-rus/

Российское имперское сознание воспроизводит агрессивные мифы о жителях Донбасса, которые кремлевская пропаганда оформила в целостную систему нарративов, используя для оправдания войны против Украины. Эти нарративы продолжают воспроизводиться в массовом сознании даже без прямого участия пропаганды и уже оказывают влияние на решения людей не только в России, но и за её пределами. Специально для PostPravda.Info Николай Карпицкий прокомментировал наиболее распространённые из этих мифов, опираясь на собственные наблюдения за жизнью людей на Донбассе.

Кого поддерживали жители Донбасса после победы Майдана в 2014 г.?

Миф. После победы Майдана в 2014 г. жители Донбасса выступали против киевской власти и призывали на помощь Россию.

Предпосылка мифа. В Донецке проходили пророссийские митинги.

Комментарий. Вопреки провокациям и насилию со стороны сторонников России параллельно с пророссийскими митингами в Донецке весной 2014 года проходили массовые манифестации за единство Украины. 5 марта 2014 г. на центральной площади Донецка под украинскими флагами «в защиту единства Украины» собралось по разным оценкам от 5 до 15 тысяч человек. Были провокации и нападения на демонстрантов. 13 марта 2014 г. на митинг за единство Украины в центре Донецка собралось по разным оценкам от 500 до 1000 человек. Митинг завершился кровавым насилием со стороны со стороны пророссийских активистов. 17 апреля 2014 г. от 3 до 5 тыс. человек собралось на митинг «С молитвой за Украину» в парке Победы в Донецке, который прошел относительно спокойно.

Также за единство Украины высказалось большинство церквей Донбасса. 25 февраля 2014 года по инициативе Межконфессионального совета церквей Донецка и Донецкой области начался межконфессиональный молитвенный марафон «За мир, любовь и целостность Украины». Каждый день в центре Донецка проводилась коллективная молитва, в которой участвовали представители православия, католичества, протестантизма и ислама. Марафон продолжался до августа 2014 года, когда серия арестов его участников вынудила уйти с площади.

Миф. Жители Донбасса высказались за независимость от Украины на референдуме 2014 г.

Предпосылка мифа. Пророссийские боевики 7 апреля 2014 в Донецке провозгласили т.н. «Донецкую народную республику», а 11 мая 2014 организовали референдум в поддержку своего решения. Выглядело так, что на референдум пришло много людей, однако реальное число проголосовавших установить невозможно.

Комментарий. Референдум, организованный пророссийскими боевиками, был как нелегальным, поскольку не имел юридического основания, так и нелегитимным, поскольку в отношении его проведения отсутствовало гражданское согласие. Настоящий референдум предполагает предварительную общественную дискуссию, которой в этом случае не было. Поэтому он по форме организации был не референдумом, а опросом общественного мнения. Более того, многие его участники не понимали, за что голосуют, и каждый вкладывал свой смысл. Однако участие в этом мероприятии создавало иллюзию влияния на ситуацию, что явилось результатом защитного психологического механизма от страха перед будущим. Для многих это было единственной причиной прийти на «референдум».

Кто ответственен за террор жителей Донбасса?

Миф. После победы Майдана в 2014 г. новая власть в Киеве начала репрессии против жителей Донбасса, что стало поводом начала борьбы за отделение от Украины.

Предпосылка мифа – пропагандистские вбросы в информационное пространство, которые не подтвердились.

Комментарий. Со стороны сторонников единства Украины нет зафиксированных случаев идеологически мотивированных пыток или убийств жителей Донбасса, в то время как со стороны сторонников России таких примеров можно привести много.

Первый акт массового насилия на идеологической почве был совершен 13 марта 2014 г. участниками пророссийского митинга, которые напали на манифестантов за единство Украины, покалечили несколько десятков человек и убили 22-летнего парня Дмитрия Чернявского. 24 мая 2014 года боевики разгромили палатку молитвенного марафона, а один из его участников – пастор донецкой евангельской церкви «Ассамблея Божия» Сергей Косяк – был временно задержан и избит. 4 июля 2014 года Пророссийская группировка «Русская православная армия» взяла в плен другого участника марафона греко-католического священника Тихона Кульбаку. Страдая диабетом, о. Тихон без лекарств провел 12 дней в плену, подвергался пыткам, выжил чудом. 8 июня 2014 г. в Славянске пророссийские боевики под командованием Игоря Гиркина похитили, жестоко пытали и расстреляли четырех членов пятидесятнической церкви «Преображение Господне»: двух дьяконов – Виктора Брадарского и Владимира Величко, а также двух сыновей пастора – Рувима и Альберта Павенко. 8 августа 2014 года был похищен пастор, участник молитвенного марафона Александр Хомченко, которого подвергали в течение четырех дней жестоким истязаниям. Здоровье пастора так и не восстановилось, и 14 февраля 2018 года он умер. Подробных случаев много, но далеко не все попадали в СМИ.

Миф. Украина восемь лет обстреливала жителей Донбасса.

Предпосылка мифа. Рассказы от жителей Донбасса о том, как их обстреливала Украина.

Комментарий. Пророссийские силы на Донбассе могли вести боевые действия только при полном снабжении и технической поддержке со стороны России, и именно это обстоятельство было причиной продолжающихся боевых столкновений. Вместе с тем можно выделить две причины, почему до широкомасштабного вторжения в результате артиллерийских перестрелок вдоль линии фронта нередко происходили попадания в жилые кварталы, в том числе и от «дружественного огня». Во-первых, во время подобных перестрелок обе стороны активно маневрировали, стараясь избежать ответного огня, и нередко стреляли «на упреждение», чтобы накрыть предполагаемые позиции противника. Во-вторых, использовались артиллерийские снаряды и ракеты РСЗО с истекшим сроком годности, что часто приводило к отклонениям от расчётной траектории и непредсказуемым попаданиям. Многие свидетельства очевидцев основаны на произвольном обобщении, когда все обстрелы приписываются той стороне, которую они не поддерживают.

Помимо случайных разрушений, имели место и намеренные провокации со стороны пророссийских вооружённых формирований с целью поддержания определённого уровня боевой активности, поскольку от этого зависело их материальное обеспечение.

Украинская сторона ввела особый правовой режим зоны проведения «антитеррористической операции» (АТО) и закрепила нормы обеспечения и правовые гарантии для военнослужащих. Россия же не ввела аналогичный правовой режим: выплаты за участие в боевых действиях производились в виде надбавок «за особые условия военной службы». Таким образом, для пророссийских формирований существовал материальный стимул поддерживать интенсивность боевых действий, в том числе путём обстрелов мирных жителей, чтобы спровоцировать ответный огонь.

Тактика тотального разрушения городов во время их штурмов стала применяться российской стороной на Донбассе с 2022 года после начала широкомасштабного вторжения. Украинская сторона никогда не применяла подобную тактику.

Политические традиции жителей Донбасса

Миф. Большинство жителей Донбасса всегда голосовало за пророссийские партии, что свидетельствует о желании быть с Россией, а не с Украиной.

Предпосылка мифа. На парламентских выборах 26 октября 2014 г. в Донецкой области по партийным спискам победил считавшийся пророссийским «Оппозиционный блок», набрав 38,9 %. На втором месте был «Блок Петра Порошенко» – 18,2 %, а на третьем – Коммунистическая партия Украины – 10,2 %. В одномандатных округах Донецкой области очень часто побеждали бывшие члены Партии регионов, считавшиеся пророссийскими. На парламентских выборах 21 июля 2019 г. по партийным спискам победила «Оппозиционная платформа – За жизнь», набрав 41,77 %, также считавшая пророссийской.

Комментарий. Эти выборы показывали вовсе не пророссийские настроения, а запрос на поиск компромисса с Россией, чтобы можно было не бояться войны и спокойно ездить к родственникам на оккупированную территорию. Жители Донецкой области по умолчанию принимали местный политический дискурс, который им понятен, и уже внутри него выбирали тех, кто, по их мнению, занимает умеренную позицию. В этом проявлялось утопическая мечта о восстановлении пространства без границ, как было в Советском Союзе. Широкомасштабное вторжение показало многим жителям Донбасса утопичность их мечты об «открытом» общем пространстве.

Идентичность жителей Донбасса и влияние российской идеологии

Миф. Жители Донбасса хотят в Россию, потому что считают себя русскими.

Предпосылка мифа. Миф создан российской пропагандой, на основе произвольного обобщения отдельных настроений.

Комментарий. На Донбассе исторически преобладала местная идентичность, в соответствии с которой люди отождествляют себя с родным селом или общиной, а не со страной. Советская идеология навязывала идентификацию с искусственной общностью – «советским народом», от которой сейчас осталась только ностальгия по общему пространству без границ, где жили друзья и родственники. Подобно тому как господство коммунистических убеждений в советский период не изменило идентичность жителей Донбасса, распространение пророссийских настроений также не могло ее изменить и сформировать какую-либо русскую или российскую идентичность.

Многие жители Донбасса по-прежнему сохраняют местную идентичностью, и с этой позиции оценивают, что им может дать Украина или Россия. Под влиянием больше мощной российской пропаганды часть населения поддерживает Россию, но после вторжения таких людей становится меньше. Их ориентация скорее идеологическая, чем национальная: они все равно не ощущают себя россиянами. Вместе с тем война на Донбассе ускорила развитие украинской гражданской идентичности, а волонтерство и появление вынужденных переселенцев способствуют ее укреплению и развитию связей между регионами.

Таким образом, на Донбассе нет разделения по этническому признаку – всех объединяет местная идентичность, на основе которой формируется новая украинская гражданская общность.

 

Миф. Жителей Донбасса притесняют за стремление говорить по-русски.

Предпосылка мифа. Исключительно российская пропаганда, никак не связанная с реальностью.

Комментарий. Для большинства жителей Донбасса язык не являлся признаком идентификации, ни местной, ни украинской. Они не видят никаких проблем, связанных с языком, прекрасно понимают украинский язык, в повседневности общаются на русском или на суржике. Хотя не все могут писать на литературном украинском, но это уже проблема образования, которая решается, и теперь молодежь Донбасса владеет украинским языком значительно лучше, чем старшее поколение. С началом полномасштабного вторжения значимость украинского языка повышается, и он все чаще используется в общении.

Миф. Жители Донбасса поддерживают Россию вопреки мощной украинской пропаганде.

Предпосылка мифа. Жители Донбасса больше доверяют российским телеканалам, чем украинским.

Комментарий. До начала широкомасштабного вторжения значительная часть жителей Донбасса доверяла российским телеканалам – это объясняется рядом причин.

Во-первых, в отличие от России, где политическая пропаганда централизована, украинское медиапространство хаотично и многообразно, и в нем было трудно ориентироваться людям, привыкшим со времён СССР к тому, что телевидение транслирует единую точку зрения. Российская пропаганда им более понятна, так как напоминает советскую.

Во-вторых, влияние России в украинском медиапространстве ощущалось даже после начала войны на Донбассе. До февраля 2021 года ряд украинских телеканалов находился под контролем или влиянием близкого к Путину политика Виктора Медведчука – среди них «112 Украина», NewsOne и ZIK.

В-третьих, российская пропаганда искусно использовала тот факт, что формирование национального самосознания в разных регионах Украины происходило неравномерно. У многих жителей Донбасса сохранялась ностальгия по открытому пространству без границ, которое раньше ассоциировалось с Советским Союзом, а сейчас – с Россией.

Всё это привело к тому, что значительная часть населения Донбасса оказалась под влиянием российской пропаганды подобно тому, как ранее она находилась под воздействием советской идеологии. Однако эта идеологическая зависимость не изменила их подлинную идентичность ни в советский период, ни сегодня, поскольку природа идентичности принципиально отличается от природы идеологии.

Идеология требует лишь внешнего согласия с определённой позицией, тогда как идентичность – это форма осознания себя. От идеологии можно отказаться, как от навязанной извне точки зрения, что и произошло в период распада СССР, когда многие бывшие коммунисты стали демократами. От идентичности же можно отказаться только через глубокую трансформацию личности.

Российские руководители не способны ни изменить, ни понять чужую идентичность. Они исходят из ложного представления, будто любой житель Украины, временно оказавшийся под воздействием их идеологии, автоматически становится «россиянином», и это якобы даёт им право на оккупацию территории, где тот живёт. Однако, несмотря на то что многие дончане действительно попадали под влияние российской идеологии, большинство из них решительно против включения Донбасса в состав России и возмущены разговорами об «обмене территориями» ради прекращения огня.

Николай Карпицкий. Идеологический концепт русской культуры в свете войны: что нам с ним делать?

Источник: PostPravda.info. 10.12.2025.
URL: https://postpravda.info/ru/pravda/svoboda-slova/logical-concept-of-russian-culture-rus/

Главный редактор PostPravda.Info: Пётр Кашувара попросил меня раскрыть трудный вопрос: как нам относиться сегодня к русской культуре в свете войны, которую Россия ведёт против Украины. Эту статью я обращаю прежде всего европейской и американской аудитории – украинцам вряд ли смогу сказать что-то новое, они и так все понимают. Писать об этом непросто. Я вырос в Сибири, многие годы вносил свой вклад в русскую культуру собственным философским творчеством, теперь же сознательно выбрал сторону Украины. Когда сел за работу над статьей, пришла весть о ракетном ударе по жилому дому в Тернополе. Около сотни раненых, тридцать три погибших, среди них шестеро детей. В такой момент трудно рассуждать спокойно. Но я всё же попробую.

Украинская позиция в отношении русской культуры в свете войны

После всех преступлений, совершённых Россией, любая её репрезентация – в спорте, науке, культуре – является для украинцев неприемлемой. В условиях войны на уничтожение иного отношения и не могло возникнуть. Иной вопрос – как европейцам, которые находятся в состоянии миной жизни, относиться к русской культуре? Ведь история знает немало государств, которые вели истребительные войны и совершали чудовищные преступления, но культуры этих стран мы не отвергаем.

Культурное творчество требует свободы, и поэтому российское государство на всем протяжении истории пребывало в конфликте с культурой, принуждая творческих людей работать на государственную идеологию. В лучшем случае предлагался выбор между забвением в бедности и государственным признанием, в худшем – между свободой и ГУЛАГом. Поэтому многие старались приспособиться к власти, отказываясь от свободы творчества и собственных убеждений. Так происходила идеологическая мобилизация культуры, превращающая её в инструмент войны.

Можно провести такую аналогию. Хотя каждый человек – уникальная личность, однако если Россия мобилизует его в армию, которая пришла убивать украинцев, отношение к нему будет как к врагу. Поскольку Россия ведет идеологическую войну, мобилизовав для этого русскую культуру, отношение к ней в Украине также будет враждебным.

Советская культура как инструмент идеологической войны

Даже в мирные периоды Советский Союз жил в состоянии идеологической войны, и школьное обучение было полностью подчинено ее целям. Учителя ожидали от нас не столько понимания художественного замысла, сколько умения извлечь «правильный» идеологический подтекст: объяснить, какие взгляды выражает герой и какую позицию занимает автор. Сейчас произошла смена идеологического концепта – вместо советской культуры теперь русская культура, но суть осталась та же. Этот концепт Россия использует как идеологическое оружие в войне против Украины. В свою очередь украинцы отвергают русскую культуру, и это – факт логики войны за выживание. Однако я вижу путь в уничтожении самого этого идеологического оружия путем деконструкции концепта культуры.

Культура – это пространство творческой самореализации личности на основе высших ценностей. Общество, в котором всё регулируется лишь социальными нормами, не связанными с культурными ценностями, – это общество наших ближайших родственников в животном мире – шимпанзе. Если мы будем жить только в соответствии с социальными инстинктами, то вернемся в первобытное состояние.

В школьные годы мне казалось, что советская система прививала высшие ценности, обуздывающие первобытные социальные инстинкты школьников. Но уже в старших классах я понял, что заблуждался. Советская система предлагала не ценности, а идеологические установки, предназначенные для того, чтобы манипулировать социальными инстинктами. Уже на философском факультете я понимал, что эти установки не позволят мне преподавать философию и публиковать собственные работы.

Для меня философия – это воплощение личного жизненного опыта, обращённого к вечному и универсальному. Этого я искал в русской, немецкой, индийской, китайской и других философских традициях. Однако советская система допускала лишь марксистскую философию, фактически запрещая мыслить иначе. Подобный конфликт с советской системой переживали писатели, художники, кинорежиссёры, учёные-гуманитарии. Многие шли на компромисс – и этим убивали свой талант.

Когда мы смотрим гениальные фильмы или читаем выдающиеся литературные произведения советской эпохи, обычно не задумываемся, что за каждым из них стояла тяжёлая борьба творческих людей с нормами советского общества за островки свободного культурного пространства. Очень часто эта борьба заканчивалась поражением, и тогда авторы уродовали свои произведения, подстраивая их под идеологические установки. Подлинное культурное творчество существует в измерении «личное – универсальное». Советская же система видела в культуре только «социально значимое», тем самым подменяя культуру её имитацией в форме идеологического конструкта.

Идеологический концепт русской культуры

Распад Советского Союза открыл для меня возможность преподавать философию и публиковаться. Цензура была запрещена, а доступ к культурному наследию – свободен. В те годы я верил, что Россия станет нормальной демократической страной – такой, как Польша или Украина. Но когда на первых парламентских выборах победила партия имперской и шовинистической направленности, я понял, что перспектива фашизма вполне реальна. Когда началась первая российско-чеченская война, стало ясно, что необходимо бороться всеми силами, чтобы предотвратить приход фашистской диктатуры. А когда началась вторая война, я осознал, что мы проиграли, и у России больше нет будущего.

В начале 90-х Русская православная церковь пользовалась огромным уважением в обществе за то, что смогла выжить и сохранить религиозную традицию в годы советской власти. Однако я замечал, что каждое поколение студентов относилось к РПЦ чуть хуже, чем предыдущее, и за двадцать лет глубокое уважение сменилось полным неприятием: молодёжь всё яснее видела, что церковь предлагает не религию, а религиозную идеологию.

Похожие изменения происходили и в моём личном отношении к русской культуре. Сначала я воспринимал её как пространство свободного творчества, не затронутое коммунистической идеологией. Российских националистов, которые оправдывали свои имперские притязания «великой русской культурой», считал маргиналами. Спустя десять лет оказалось, что именно моё представление культуры – в измерении «личное – универсальное» – оказалось маргинальным, тогда как в общественном сознании утвердилось идеологическое, имперское понимание русской культуры. Сегодня этот идеологический конструкт превратился в оружие войны против Украины и, в перспективе, против всей европейской цивилизации.

Деконструкция концепта русской культуры

Для украинцев, которые противостоят одновременно и военной, и идеологической агрессии, любая форма репрезентации России неприемлема. Но как относиться к русской культуре представителям других европейских народов, которые сейчас не ведут войну? – Очевидно, что необходимо сворачивать любые культурные программы, которые в той или иной форме репрезентируют нынешнюю Россию как государство: деятельность русских культурных центров («Русские дома»), фонда «Русский мир», Россотрудничества, Росконцерта и других подобных институтов. Но достаточно ли этого? – Полагаю, необходима ещё последовательная деконструкция идеологического концепта русской культуры в общественном сознании.

Провести такую деконструкцию без потерь невозможно, и это означает, что придётся перестать говорить о русской культурной традиции. Однако это никак не должно не должно сказываться на личном отношении к творцам, авторам культурных произведений. Просто это отношение не должно зависеть от идеологических установок или той или иной концептуализации культуры. Для этого достаточно не оценивать писателя или художника с социальной точки зрения и прекратить искать у него «правильную» или «враждебную» идеологическую позицию.

С точки зрения советской школы я совершаю главный грех: рассматриваю культурное творчество в измерении «личное – универсальное», не оглядываясь на его идеологическую нагрузку и общественную значимость. Возможно, в условиях идеологической войны, развязанной Россией, кто-то даже упрекнёт меня в «дезертирстве». Но только так можно не уподобиться врагу – победить дракона и при этом самому не превратиться в дракона.

Я не ожидаю от творца культуры, что он будет учителем жизни, моральным образцом или носителем «правильной» идеологической позиции. Творцы – такие же люди, как все остальные: со своими слабостями, предубеждениями, эгоизмом. Их отличие от других лишь в том, что они ведут борьбу за пространство личного творчества, свободного от диктата социальных инстинктов. И далеко не всем удаётся сохранить эту свободу. Многие идут на компромисс с требованиями власти или общества, и тем самым губят свой талант. Ничего не поделаешь: таков тернистый путь всякого культурного творчества внутри общества.

И раз уж в российском обществе утвердилась человеконенавистническая диктатура, навязывающая своё понимание «русской культуры», значит, от этого понимания необходимо отказаться, в том числе ради сохранения самой возможности свободного творчества. А что касается противоречивой натуры того или иного деятеля русской культуры – пусть каждый решает сам, как к этому относиться.